– Ты думаешь, божественное проклятие можно удержать силами людей? – впервые за долгое время решила подать голос бабушка.
– Само проклятие – нет, а вот нежить – можно попробовать.
– Они же сами попадут под проклятие, – непонимающе посмотрела на Вестника Ана. – Неужто император этого не понимает? Как только их коснется дыхание живущего там зла, вся его армия обратится в ту самую нежить, с которой они пытаются бороться.
– Жрецы помогут им выстоять. Говорят, они достигли кое-каких успехов в изучении проклятий.
– Не без твоей помощи, хочешь сказать? – прищурилась вдруг бабушка.
– Естественно, – хмыкнул мальчик. – Я ведь слово дал. И всеми силами стараюсь исполнить свое обещание.
Мне неожиданно стало душно и так тоскливо, что хоть вой. Просто накатило волной и принесло с собой чувства, которые я старательно гнала от себя последние полчаса.
Быть может, я просто устала? Последние дни выдались у нас особенно сложными. Всего два дня назад мы опасались за сохранность столицы, потом угодили в ловушку Гнора, чуть не погибли в пещерах, чудом выкарабкались, завернули в гости к химерам в надежде хоть немного передохнуть от этой сумасшедшей гонки… однако легче не стало. За два дня, что мы провели в Норне, я столько всего узнала и так много пережила, что, наверное, это действительно усталость. Проклятие долины, обретение пары, теперь вот это…
А еще вдобавок мне было плохо без Ника и Ланки. Все время казалось, что не хватает чего-то важного. Ощущение было таким, как если ты вдруг лишился правой руки и потерял возможность жить как обычно. Оно вроде и не болит, только поднывает временами тихонько, но как только пытаешься начать что-то делать, сразу понимаешь, что стал калекой.
Вот и я так же. Страдаю, мечусь мыслями от одного к другому, старательно глушу в себе чувство потери, однако оно не утихает. Напротив, с каждой минутой становится все сильнее, а я даже с места сдвинуться не могу, потому что мастера Миррта здесь одного не оставлю.
– Ниэль, ты куда? – встрепенулась бабушка, когда я встала из-за стола и направилась к двери.
– Воздухом подышу. Что-то мне тяжко в доме.
– С мроном побудь, – посоветовал Норр. – С ним тебе должно быть полегче: золотая нить всегда сильнее серебряной.
Я рассеянно кивнула и, накинув на плечи куртку, вышла на улицу. Все равно туда собиралась – за разговорами время летит быстро, на улице уже стало вечереть. Да и прав призрак – меня тянуло в сарай с неменьшей силой, чем в Норн. Просто Норейские горы далеко, а сарай – вот он, под боком. И я совершенно точно знаю, что одна уже не засну. А так хоть оборотня покараулю на случай, если что-то пойдет не так.
Когда я вошла в стойло бедняги Маркиза, мастер Миррт все еще крепко спал, свернувшись по-кошачьи в клубок. Однако при моем приближении явственно замер, потом задышал чаще, а как только я остановилась рядом, мохнатый клубок развернулся, и между могучих лап образовалось достаточное место, чтобы я могла там с комфортом устроиться.
О том, что это не совсем прилично, я в тот момент уже не думала – потребность быть рядом была настолько острой, что я даже не могла ей сопротивляться. А когда уселась на широкую лапу и ощутила горячее дыхание на шее, то быстро успокоилась.