Это было первое, в чем я хотел удостовериться. О ребенке я сейчас даже не хотел думать, хотя на самом деле это была чрезвычайно важная тема, которую совершенно точно не стоило бы сбрасывать со счетов. У меня с Меланией не было детей, и неизвестно, будут ли. Если Алисия родит мальчика, то мне даже страшно подумать о том, что будет дальше. Ребенок по факту не совсем бастард, но и легитимным наследником его назвать тоже сложно. Не вовремя вспомнился герцог дель Моникур, который, подло предав мое доверие, бежал из страны. Его до сих пор так и не смогли найти, несмотря на многочисленные попытки. Поль словно сквозь землю провалился, а ведь он был, наверное, единственным известным мне человеком, который мог сказать хоть что-то по этому вопросу. Ведь герцог и сам был сыном содержанки. Единственным за всю историю королевства.
Но сейчас и этой возможности у меня не было, вместо этого приходилось выслушивать совершенно невероятные, а порой и вовсе несуразные предположения то лекарей, то ученых.
И вот сейчас, когда Алисия, наконец, очнулась, она утверждает, что ничего, совсем ничего не помнит? Это было невероятно и очень подозрительно, а еще мне было больно от одной только мысли о том, что я в самом деле могу подозревать свою любимую. Ту, которой давно отдал свое сердце, и ту, что носит сейчас во чреве мое дитя.
А мое ли это дитя?
Эта мысль окончательно лишила меня даже остатков равновесия, и я тут же поспешил запихнуть ее в тот самый темный угол, из которого она посмела вылезти. Нет, Алисия действительно любила меня и просто не могла иметь никакого другого любовника, хотя бы потому что я проводил с ней почти все ночи, да и кто бы осмелился на такое? — Такое более чем возможно, Ваше Величество, мне стоило прорву магии и лекарств удержать Ее Сиятельство в этом мире, яд должен был убить и ее, и ребенка в ее чреве, мисс де Плеяс не приходила в себя почти три месяца, так что потеря памяти более чем возможна, — задумчиво произнес лекарь, а я вновь посмотрел в такие знакомые, такие любимые глаза.
Вот только сейчас в них вместо столь привычного мне тепла и доверия разливался страх, и сомнения. Я прикусил губу.
— Неужели, ты совсем меня не помнишь? — хрипло поинтересовался я.
Я Алисия, только отрицательно замотала головой, странный жест, моя любимая им редко пользовалась.
— Ваше Величество, если позволите, я бы хотел осмотреть ребенка и по возможности узнать: мальчик это или девочка, после этого вы уже сможете немного поговорить с мисс де Плеяс с глазу на глаз, но только недолго, ей нельзя сильно утомляться, — чинно поведал лекарь, а я только кивнул, принимая его ответ.
— Делайте то, что необходимо, — приказал я и осторожно опустился на ложе рядом с Алисией. Все происходящее казалось каким-то неправильным и ненастоящим. Как долго я мечтал о том моменте, когда смогу вот так смотреть на первое магическое отображение своего ребенка? И насколько все это оказалось скомканным и не совсем правильным на самом деле.
Алиса Вологодина
Я совершенно точно и решительно не горела желанием разговаривать с местным монархом, хотя бы просто потому, что он точно хорошо знал Алисию, в теле которой я очутилась.
Было бы очень глупо предполагать о том, что он не догадается о том, что в ее теле совсем другой человек, даже если у меня сейчас получится убедить всех в потере памяти.
Невероятно, я сейчас веду себя как какая-то героиня дешевой мыльной оперы. На губах застыла горькая усмешка. Но все резко изменилось, когда лекарь заговорил об осмотре ребенка, глаза расширились от страха, а сердце забилось так сильно, что мне даже показалось, что оно вот-вот выскочит из груди.
Король с задумчивым видом дал свое согласие, а меня вновь охватило волнение. А что, если с ребенком что-то не так? Эта мысль загнанной ланью билась в голове, а монарх сел рядом и каким-то интуитивным жестом взял меня за руку. Я не решилась убирать руку. Все же, как ни крути, этот потрясающий мужчина был отцом ребенка, которого я носила под сердцем, пускай я и видела его впервые в жизни.
Меня еле ощутимо коснулись синие магические волны, которые исходили из рук лекаря, и я судорожно закусила губу. Ведь никто не сказал мне, будет ли это больно или нет.
— Госпожа де Плеяс, пожалуйста, успокойтесь, — с тоской произнес лекарь, — иначе мне придется вызвать менталиста и потребовать разрешение на ментальное влияние, — сурово пригрозил старичок, а я буквально забыла, как дышать. Одно осознание того, что тут есть менталисты, наводило на меня панику. Они получаются мысли умеют читать и чувства? Они ведь сразу же догадаются, что я попаданка! А что будет дальше?