Но об этом я подумаю чуть позже, сначала надо поесть. Все же сейчас я отвечаю не только за себя, но и за малыша во мне. Обед мне принесли просто роскошный: и суп, и паста, и неизвестное мне мясо, очень похожее на говядину, и овощи, а завершил это все десерт. Видимо, служанка все же рассказала, о том, что мне хочется сладенького. К концу обеда я сама напоминала себе шарик, который сейчас больше всего хотел найти местечко поудобнее и просто поспать, но я понимала, что делать этого не стоит. И не потому, что я не чувствовала себя в безопасности, я была почти уверена, что в библиотеке меня не будут трогать, да и если я поняла правильно, то и входить сюда могут только весьма ограниченный круг лиц. Просто мне было необходимо как можно быстрее узнать как можно больше о мире, в который я попала.
Поэтому я осторожно ущипнула себя за мочку уха, чтобы проснуться, и вновь взялась за книги. Вскоре мне также открылась причина моего красного гардероба. Оказалось, что, как содержанка, я обязана всегда носить красное.
— Шикарно, хорошо еще, что на лбу не написали, чтобы издалека видно было, — пробормотала я. Я не любила красный, и от одной мысли о том, что мне придется его носить до конца своей жизни, меня передергивало. Справедливости ради, все же это точно не было моей самой большой проблемой. Гораздо больше меня интересовало положение моего еще неродившегося сына. Потому что выглядело оно незавидным. Это было гораздо серьезнее, нежели ношение красного. Мой сын родится бастардом.
Что хуже — не простым бастардом, а королевским.
Не надо было быть семи пядей во лбу для того, чтобы понимать, что именно это значит. Особенно учитывая тот факт, что, насколько мне удалось выяснить, у моего покровителя и отца ребенка других детей нет. Это означало, что в стране запросто может начаться кровавая междоусобица. Оно мне надо? Хочу ли я такой жизни тому прекрасному созданию, что сейчас живет у меня внутри? Однозначно нет.
Значит, мне нужно приложить все мои усилия для того, чтобы не допустить подобного.
Глава 11
Алиса Вологодина
Из библиотеки я выходила, когда уже стемнело. Я порядком устала, голова буквально бурлила от количества полученной информации, и мне было просто необходимо не только как следует поужинать, но и поспать. Кажется, я сильно переоценила способности этого тела усваивать информацию, не говоря уже о беременности.
Только выйдя из библиотеки, я поняла, что совершила глупость. Мне надо было каким-то образом вызвать слугу или еще кого-то. Как я сейчас сама найду дорогу к своим покоям? Нет сомнений, что Алисия де Плеяс неплохо разбиралась во всех этих дворцовых лабиринтах и хитросплетениях коридоров. Но я очень смутно помнила даже в каком направлении мне стоит идти. Это не говоря уже о том, что я всегда страдала топографическим кретинизмом.
Полутемные коридоры дворца в неровном свете свечей казались устрашающими. Особенно потому, что они были пусты.
— Вот же магию придумали, а до нормального человеческого освещения так и не эволюционировали, — пробормотала я себе под нос, но все же сделала неловкий шаг и побрела в том направлении, которое считала верным.
Сейчас найду слугу и прикажу проводить меня до моих покоев. Главное, найти хоть кого-то. Вот только коридоры были подозрительно пусты, слышалось только тихое эхо моих шагов. Все это начинало напоминать какой-то фильм ужасов. Вот только становиться участницей такого мне совсем не хотелось. Куда же запропастились все?
Может, постучаться в какую-то дверь и узнать дорогу? Будет, конечно, стыдно и точно пойдет море слухов, но если на другой чаше весов мое спокойствие и безопасность, то имеет ли это хоть какое-то значение?
Я прислонилась к двери и опустила руку на ручку.
— Я хочу, чтобы она сдохла, корчась в муках, а ее ребенка растерзали звери! — послышалось из-за двери, а я резко передумала заходить в эту комнату. Боже, о ком это они говорят?
— Ваше Величество, так нельзя, — раздался гораздо более тихий голос из-за двери, а я замерла соляной статуей. Не нужно было быть гением для того, чтобы догадаться о том, что говорили обо мне.
От накативших на меня чувств на мгновение закружилась голова, а я ухватилась за дверную ручку, словно она была моим последним спасением. Так, успокойся, Алиса! Подумаешь, ревнивая и, судя по всему, бесплодная жена хочет тебя прикончить.
От одной комичности этой ситуации я начала смеяться беззвучным смехом.
Ведь я была на месте этой королевы в своем мире. Хотела бы я убить беременную любовницу мужа? Хороший вопрос. Наверное, поначалу точно. Вот только есть большая разница между “скандалить”, “истерить” или “принимать какие-то конкретные шаги” в направлении того, чтобы осуществить эти угрозы. Я бы проплакала, возможно, бы даже прокляла словами. Я имела бы на это право, в конце концов, у нас такие отношения сложно назвать узаконенными и нормальными. Любовниц и содержанок скорее порицают. Но я бы точно не стала пытаться убить девушку.