– Надо же, – вдруг раздался у меня над ухом задумчивый голос Норра. – Мне-то казалось, ему не помешает помощь. Хотел измов увести поглубже в подземелья, но, похоже, помощь тут не нужна. Да и твари… никогда не видел нежить такой растерянной.
– Да уж, – крякнул Вестник, неотрывно глядя во тьму. – Я тоже подзабыл, как оно бывает. Ниэль, скажи-ка подружке, чтобы помалкивала. А если она вдруг оплошает и привлечет его внимание…
– То что? – с холодком спросила я.
И в этот момент нескончаемый хруст так же внезапно прекратился.
В темноте снова послышалось урчание крупного зверя. Затем что-то большое и темное метнулось к соседней клетке. Послышался звук удара. Скрежет металла. Испуганный вопль Ланки, оборвавшийся сразу после того, как что-то тяжелое – кажется, дверца – со звоном упало на каменный пол. Следом послышался новый скрежет. Кажется, еще одна клетка осталась без замка и двери. Потом наступило короткое затишье, вскоре нарушившееся звяканьем цепей и шорохом одежды. А еще через миг что-то большое пронеслось рядом. В темноте мелькнули устрашающе длинные когти. Во все стороны брызнули ярко-желтые искры. От раздавшегося скрежета я аж присела, непроизвольно зажимая руками уши. И только когда мне под ноги упали тяжелые железки, с опозданием сообразила, что неизвестное существо не покушалось на мою жизнь, а лишь одним мощным ударом снесло целую секцию толстенных прутьев. А потом снова исчезло, как привидение.
У меня аж сердце в пятки ушло, когда в темноте зажглись два ярко-желтых, хищно прищуренных глаза.
Кто это? Мрон? Не мрон? Признаться, на мастера Миррта то косматое чудище было не больно-то похоже. Но кто их, нелюдей, знает? Может, не все промежуточные расы утратили способность к оборотничеству? Да и химера бегает где-то рядом. Вдруг это она, а вовсе не наш преподаватель по боевой подготовке?
Я замерла, лихорадочно просчитывая варианты. А потом мрак отступил, и из него, словно овеянный тьмой демон, медленно показался человеческий силуэт, при виде которого у меня екнуло сердце.
Значит, все-таки мрон…
Получается, не обманул призрак, и мастер Миррт действительно меня услышал. Более того, откликнулся. Пришел. Каким-то чудом уничтожил целую стаю измов. Сломал клетку. Надеюсь, что не сожрал Ланку. И вот теперь медленно двигался в мою сторону, неотрывно буравя янтарно-желтыми глазами, словно зверь, увидевший добычу.
«Ш-ш-ш!» – откуда-то сзади донеслось недовольное кошачье шипение. А следом короткий скрип, приглушенный звон и радостный Ланкин шепот:
– Спасибо, Злюченька! Ты мне прямо жизнь спасаешь! Будь добра, перекуси еще вот это колечко… Умница. А теперь пошли, освободим нашего мага. Ему там, наверное, несладко.
Фух. Значит, эти двое в порядке.
– Прикрой меня, Ниэль, – при виде приближающегося нелюдя быстро проговорил Вилли, прячась за мою спину и вцепляясь пальцами в поясной ремень. – Убить не убьет, но разорвет точно, а собирать себя по кускам, как в прошлый раз, мне совершенно не улыбается!
– Мне, пожалуй, тоже лучше уйти. Не дай богини, он решит, что я для вас опасен, – кашлянул призрак и малодушно слинял, оставив меня с мроном один на один.
Угу. Они-то попрятались. А мне что прикажете делать?! Деваться отсюда некуда. Ланка кинулась к Нику и позабыла обо всем на свете. Злюка тоже на глаза не показывается. Тогда как я… я неотрывно таращилась на неторопливо приближающегося нелюдя и, когда наши взгляды встретились, в который уже раз впала в необъяснимый ступор. Словно потеряла себя, напрочь утратила чувство времени и расстояния. И больше не думала ни о суетящейся неподалеку подруге, ни о потерявшем сознание Нике, ни даже о том, что где-то рядом ставит на вампирах опыты кошмарный старик, которому давным-давно пора было почить на кладбище…
Мрон буквально вытеснил, выдавил из моей головы все лишнее и необъяснимым образом занял все мои мысли.
Он, кстати, почему-то оказался бос и почти не одет, если не считать какой-то потрепанной тряпки, небрежно обернутой вокруг бедер. Его кожа блестела в сумраке, словно натертая маслом. На хищном лице застыло престранное выражение. Когти на руках все еще были выпущены. А под голыми стопами тихонько похрустывали останки измов, которые, вопреки всему, больше не собирались воскресать или собираться в новую стаю чудовищ.
Когда мрон приблизился, я рассмотрела также и то, что ран на его теле не было. Притом, что ни доспеха, ни оружия он при себе тоже не имел. Его ладони были пусты. Но мысль о том, что тварей он уделал голыми руками, была настолько дикой, что я бы в нее не поверила, если бы не видела этого собственными глазами.