Ловко орудуя мечом, Вэй Янь перебил стражу и открыл ворота.
-- Вводите войска! Перебьем изменников!
Чжан Фэй хлестнул коня, намереваясь ворваться в город, но Лю Бэй его удержал:
-- Не пугай народ!
В это время у ворот появился другой военачальник с отрядом.
-- Эй, Вэй Янь, безродное ничтожество! -- кричал он. -- Ты еще смеешь бунтовать! Да ты что, не знаешь меня, Вэнь Пина?
Разгневанный Вэй Янь с копьем наперевес бросился на своего противника. Два отряда вступили в яростную схватку у городских ворот. Крики сражающихся потрясали небо.
-- Нет, я не войду в Сянъян! -- решительно заявил Лю Бэй. -- Я хотел спасти народ, но выходит, что я причиняю ему новые беды...
-- В таком случае надо занять Цзянлин, -- сказал Чжугэ Лян. -- Это один из наиболее важных городов округа Цзинчжоу.
-- Так думаю и я, -- ответил ему Лю Бэй.
Толпы народа направились к Цзянлину. Многие жители Сянъяна, воспользовавшись суматохой, бежали из города, чтобы последовать за Лю Бэем.
Между тем схватка у стен Сянъяна продолжалась. Вэй Янь и Вэнь Пин дрались с утра до полудня. Все воины Вэй Яня были перебиты. Тогда он, пустив коня во весь опор, бежал из города. Найти Лю Бэя ему не удалось, и он ушел к Хань Сюаню, правителю округа Чанша.
Лю Бэй уходил от Сянъяна. Несколько десятков тысяч людей и несколько тысяч больших и малых повозок нескончаемым потоком тянулись по дороге. Многие несли свою ношу на плечах. Дорога проходила мимо могилы Лю Бяо. Лю Бэй, склонившись над могилой, горестно восклицал:
-- О брат мой, Лю Бяо! Опозорен я! Нет у меня ни добродетелей, ни талантов! Виноват я, что отказался в свое время нести ношу, которую ты хотел возложить на меня! Но за что страдает народ? О брат мой, пусть твой славный дух снизойдет и спасет людей Цзинчжоу и Сянъяна!
В словах его чувствовалось столько горя, что никто не в силах был сдержать слезы.
Дозорные донесли, что войско Цао Цао уже заняло Фаньчэн и что Цао Цао заставляет народ готовить лодки и плоты для переправы через реку.
-- В Цзянлине можно обороняться, -- говорили военачальники Лю Бэю. -- Но когда мы туда доберемся? С такой массой народа мы за день едва успеваем пройти десяток ли! А что, если нас настигнет армия Цао Цао? Как мы ее встретим? Благоразумнее было бы пока оставить народ, а самим двинуться быстрее к Цзянлину.
-- Тот, кто берется за великое дело, должен считать народ основой всего, -со слезами отвечал Лю Бэй. -- Люди пошли за мной, как же я их покину?
Такие слова всех растрогали. И потомки сложили стихи, в которых восхваляют Лю Бэя:
В годину невзгод он сердцем сливался с народом.
Садясь на корабль, всех тронул слезою своею.
Так вот почему и дети и старцы в округе
Доныне поют великую славу Лю Бэю.
Лю Бэй продолжал двигаться крайне медленно. Огромные толпы народа иначе не могли бы поспевать за ним.
-- Враг скоро нас нагонит, -- предупреждал Лю Бэя Чжугэ Лян. -- Пошлите Гуань Юя в Цзянся: пусть Лю Ци подымает войска и готовит для нас лодки в Цзянлине.
Лю Бэй написал письмо Лю Ци, прося его о помощи, и отправил Гуань Юя и Сунь Цяня с пятьюстами воинов в Цзянся. Чжан Фэй вел головной отряд; Чжао Юнь охранял семью Лю Бэя, а остальные шли вместе с народом и поддерживали порядок. Проходя за день немногим более десяти ли, все останавливались на отдых.
Тем временем войско Цао Цао переправилось через реку и подошло к Сянъяну. Цао Цао велел вызвать к себе Лю Цзуна, но тот был напуган и явиться не посмел, хотя его уговаривали и Цай Мао и Чжан Юнь.
Ван Вэй по секрету сказал Лю Цзуну:
-- Лю Бэй сбежал... Если вы сейчас покоритесь Цао Цао, он успокоится. Вы сможете подобрать лучших воинов и укрыть их в каком-нибудь неприступном месте, а потом неожиданно ударить на врага. Если же вы захватите Цао Цао, слава ваша потрясет Поднебесную, и вы легко овладеете обширной Срединной равниной! Такой случай представляется очень редко, не теряйте его!
Лю Цзун передал эти слова Цай Мао, и тот в ярости набросился на Ван Вэя:
-- Безумец! Что ты болтаешь?
-- Предатель! -- в гневе отвечал Ван Вэй. -- Я бы тебя живьем съел!
Цай Мао хотел убить Ван Вэя, но Куай Юэ отговорил его. После этого Цай Мао и Чжан Юнь отправились в Фаньчэн на поклон к Цао Цао. Цай Мао старался угодить ему и потому охотно отвечал на все его вопросы. Цао Цао спросил, сколько войск и провианта в Цзинчжоу.
-- Всего двести восемьдесят тысяч воинов, из коих сто пятьдесят тысяч пеших, пятьдесят тысяч конных да на судах восемьдесят тысяч. Большая часть запасов провианта и казны -- в Цзянлине, а все прочее в разных местах. Запасов на всю армию хватит на год.
-- А сколько у вас кораблей?
-- Больших и малых судов более семи тысяч...
-- Кто командует вашим флотом?
-- Я и мой брат, -- ответил Цай Мао.
Цао Цао пожаловал Цай Мао и Чжан Юню титулы и звания, чему они были очень рады. На прощанье Цао Цао сказал им:
-- Сын Лю Бяо после смерти отца покорился мне, и я представлю императору доклад, чтобы его назначили правителем Цзинчжоу навечно.
Чжан Юнь и Цай Мао удалились, исполненные самых радужных надежд.
-- Цай Мао и Чжан Юнь -- льстецы, -- сказал советник Сюнь Ю, когда те удалились. -- Зачем вы пожаловали им такие высокие звания и оставили в их руках флот?
-- А разве я этого не знаю? -- улыбнулся Цао Цао. -- Я их оставил только потому, что в северных землях никто не умеет воевать на воде. Когда война окончится, тогда мы и решим, что с ними делать.
Цай Мао и Чжан Юнь вернулись к Лю Цзуну и рассказали, что Цао Цао обещал ходатайствовать перед Сыном неба о назначении его, Лю Цзуна, навечно правителем Цзинчжоу и Сянъяна. Обрадованный Лю Цзун на другой день вместе со своей матушкой, госпожой Цай, взяв с собой печать и пояс, а также бумагу на право командования войсками, переправился через реку встречать Цао Цао.
Цао Цао подбодрил его ласковыми словами, а затем повел свое войско к стенам Сянъяна. Жители города по приказу Цай Мао и Чжан Юня воскуривали благовония и с поклонами встречали Цао Цао. Он в свою очередь в изысканных выражениях старался успокоить горожан.
Цао Цао расположился в доме Лю Бяо. Он пригласил к себе Куай Юэ и сказал ему:
-- Знаете, я не так рад, что приобрел Цзинчжоу, как рад тому, что привлек на свою сторону вас.
Он пожаловал Куай Юэ должность правителя округа Цзянлин и титул Фаньчэнского хоу. Фу Сунь и Ван Цань получили титулы Гуаньнэйских хоу, а Лю Цзун был назначен на должность цы-ши округа Цинчжоу с повелением немедленно отправляться к месту назначения. Лю Цзун испугался такого оборота дела и стал отказываться.