Войско двинулось по дороге в Хуаюн. Люди и кони падали от голода и истощения. Раненые и обожженные воины шли с трудом, опираясь на палки. Все промокли до нитки под дождем. Самочувствие у всех было прескверное. Знамена и оружие находились в полнейшем беспорядке. Многое было брошено на Илинской дороге, где их в первый раз настигли преследователи. Воинам приходилось ехать на неоседланных конях. Кроме того, стояли жестокие зимние холода, увеличивавшие страдания людей.
Заметив впереди какую-то заминку, Цао Цао спросил, почему вдруг все остановилось.
-- Впереди дорога покрыта ямами, которые после дождя наполнились водой, -ответили ему. -- Кони вязнут в грязи, идти вперед невозможно.
-- Когда войско подходит к реке, оно наводит мосты, когда войско проходит через горы, оно прокладывает дороги! -- гневно закричал Цао Цао. -- Какая там еще грязь? Вперед!
Он приказал слабым и раненым воинам идти позади, а здоровым и сильным носить землю, делать вязанки из хвороста и мостить дорогу.
-- Все за дело! Того, кто будет мешкать, казню немедленно!
Воины принялись рубить бамбук и деревья и мостить дорогу.
Цао Цао очень боялся, что преследователи настигнут его, и приказал Сюй Чу и Сюй Хуану с сотней всадников следить за работой.
-- Тех, кто будет медлить, убивать на месте без пощады! -- распорядился Цао Цао.
Дорога проходила по краям пропасти над нависшими скалами. Многие воины срывались и падали в бездну. На дороге слышались непрерывные стоны и крики.
-- Чего они там вопят? -- бушевал Цао Цао. -- Жизнь и смерть зависят от судьбы! Казнить всех, кто еще посмеет причитать!
Воины разделились на три группы. Первая группа двигалась позади, вторая заваливала ямы и рытвины, третья охраняла Цао Цао.
Наконец ущелье осталось позади. Дорога стала ровнее. Цао Цао оглянулся -- за ним следовало всего лишь сотни три всадников. Вид у них был жалкий. Среди них не нашлось бы ни одного, у кого оружие и одежда были бы в полном порядке.
-- Поторапливайтесь! -- подгонял людей Цао Цао.
-- Кони приустали! Хоть немного отдохнуть бы! -- просили военачальники.
-- Отдохнем, когда будем в Цзинчжоу! -- ответил Цао Цао.
Проехали еще несколько ли. Вдруг Цао Цао поднял плеть и опять рассмеялся.
-- Чему вы смеетесь, господин чэн-сян? -- спросили военачальники.
-- Все толкуют об уме и хитрости Чжоу Юя и Чжугэ Ляна, а я думаю, что они все-таки бездарны! -- ответил Цао Цао. -- Что стоило здесь устроить засаду: человек пятьсот -- и мы очутились бы в плену!
Не успел он это произнести, как раздался треск хлопушек, пятьсот воинов с мечами преградили путь беглецам. Во главе их был Гуань Юй на коне Красный заяц. В руках у него был знаменитый меч Черного дракона.
Воины Цао Цао пали духом и молча поглядывали друг на друга.
-- Что ж, раз попались, будем драться насмерть! -- решил Цао Цао.
-- Как же драться, господин чэн-сян? -- спросили военачальники. -- Даже если бы воины наши не струсили, все равно кони устали!..
-- А может быть, вы сами поговорите с Гуань Юем, господин чэн-сян? -спросил Чэн Юй. -- Я его хорошо знаю: с гордыми он надменен, со смиренными добр, с сильными беспощаден, но не обижает слабых; он умеет отличать добро от зла. Напомните ему о тех милостях, которые когда-то вы ему оказывали, господин чэн-сян, и мы будем спасены.
Цао Цао выехал вперед. Он низко поклонился Гуань Юю и спросил:
-- Надеюсь, Гуань Юй, вы пребываете в добром здравии с тех пор, как мы с вами расстались?
-- По приказу Чжугэ Ляна я вас давно поджидаю здесь! -- ответил Гуань Юй, тоже кланяясь.
-- Видите, в каком я нахожусь положении? -- печально спросил Цао Цао. -Войско мое разбито, и я пришел сюда, но и тут мне нет пути! Может быть, вы все же вспомните о наших добрых отношениях в прошлом?
-- Да, я помню о ваших милостях, господин чэн-сян, -- ответил Гуань Юй. -Но ведь я уже отблагодарил вас за них, убив Янь Ляна и Вэнь Чоу и сняв осаду с Байма! Нет, сейчас я не поступлюсь общественным ради личного!
-- А помните, как вы убили военачальников у пяти застав? -- продолжал Цао Цао. -- Конечно, для благородного мужа справедливость -- это главное, но если вы знаете "Чуньцю", то вспомните, как поступил Юйгун Чжи-сы, когда преследовал Цзычжо Жу-цзы(*1).
Гуань Юй вообще был человеком справедливым и добрым. Могло ли случиться, чтобы воспоминания о милостях, полученных когда-то от Цао Цао, не тронули его сердце? К тому же жалкий вид самого Цао Цао произвел на него тяжелое впечатление.
-- Расступитесь и дайте дорогу! -- сказал он, наконец, обернувшись к своим военачальникам.
Когда Гуань Юй вновь повернулся, Цао Цао и его военачальники промчались мимо него. Гуань Юй с громким криком бросился было на отставших воинов Цао Цао, но те соскочили со своих коней и с плачем пали ниц перед ним. Гуань Юй не мог выдержать такого зрелища, а появление Чжан Ляо еще больше его расстроило. Гуань Юй вспомнил о старой дружбе. Он тяжело вздохнул и пропустил всех.
Потомки по этому поводу сложили такие стихи:
Войска Цао Цао разбиты, и сам он бежал в Хуаюн.
И встретился там с Гуань Юем на узкой дороге дракон.
И лишь потому, что тот помнил о милостях прежних его,
Кольцо разомкнул он пред Цао, и спасся от гибели он.
Благополучно выбравшись из ущелья, Цао Цао оглянулся назад: всего двадцать семь всадников следовало за ним.
К вечеру беглецы были уже вблизи Наньцзюня. Вдруг вспыхнули факелы, и отряд войск преградил им путь.
-- Я погиб! -- в отчаянии воскликнул Цао Цао.
Но отчаяние его оказалось преждевременным, вскоре выяснилось, что перед ними конный разъезд Цао Жэня. Цао Цао успокоился. Вскоре появился и сам Цао Жэнь, который, узнав о поражении, решил здесь поджидать Цао Цао.
-- А я-то уж думал, что больше не придется мне увидеться с тобой, -вздохнул Цао Цао.
Воины расположились на отдых в Наньцзюне, куда вскоре пришел и отставший Чжан Ляо. Он рассказывал о добродетелях Гуань Юя.
Чтобы хоть немного рассеять печаль чэн-сяна, Цао Жэнь раздобыл вина. Но, даже сидя за столом, Цао Цао был невесел.
-- Господин чэн-сян, ведь вы так не печалились даже тогда, когда вам приходилось вырываться из когтей тигра, бежать от худших бед! -- сказали ему советники. -- А сейчас вы находитесь в городе. Люди ваши получили пищу, кони -- корм. Теперь следовало бы подумать о мщении!..