Лю Бэй назначил Пан Туна на должность помощника Чжугэ Ляна, и в ожидании похода совместно с Чжугэ Ляном они стали разрабатывать военные планы и обучать войска.
В Сюйчане уже знали о том, что Лю Бэй, которому помогают Пан Тун и Чжугэ Лян, собирает войско и делает большие запасы провианта, намереваясь рано или поздно соединиться с Восточным У и предпринять поход на север. Цао Цао в свою очередь решил предпринять новый поход на юг и с этой целью созвал на совет своих приближенных.
-- По-моему, -- сказал советник Сюнь Ю, -- надо воспользоваться тем, что умер Чжоу Юй, и сперва напасть на Сунь Цюаня. Потом мы сможем заняться и Лю Бэем.
-- Отправляясь в такой далекий поход, я боюсь, как бы Ма Тэн действительно не напал на Сюйчан, -- сказал Цао Цао. -- Ведь еще во время битвы у Красной скалы среди моих воинов ходили такие слухи. Сейчас надо действовать, осторожно.
-- А я, неразумный, думаю, что лучше было бы пожаловать Ма Тэну титул полководца Покорителя юга и направить его против Сунь Цюаня, -- возразил Сюнь Ю. -- В крайнем случае под этим предлогом его можно вызвать в Сюйчан и, если вам угодно, убить его здесь. Тогда поход на юг можно предпринимать без всяких опасений!
Цао Цао одобрил этот совет и в тот же день отправил в Силян гонца с указом о пожаловании Ма Тэну титула.
Ма Тэн, по прозванию Шоу-чэн, был потомком знаменитого ханьского полководца Ма Юаня. Отец его Ма Су во времена императора Хуань-ди был правителем уезда Ланьгань. Впоследствии он лишился должности и уехал в Лунси, где женился на женщине из племени тангутов, от которой и родился Ма Тэн.
Высокий ростом, с величественной внешностью, Ма Тэн обладал прекрасным характером; все относились к нему с уважением.
При императоре Лин-ди тангуты подняли мятеж, и Ма Тэн со своим войском разгромил их. За это ему был пожалован титул полководца Покорителя запада. В то время он побратался с Хань Суем, тоже носившим этот титул.
Получив указ Цао Цао, Ма Тэн позвал на совет своего сына Ма Чао.
-- Когда-то мы с Дун Чэном получили указ Сына неба, зашитый в пояс, -сказал Ма Тэн, -- и вместе с Лю Бэем дали клятву покарать злодеев. К несчастью, Дун Чэн погиб, а Лю Бэй потерпел несколько поражений, и я, находясь в Силяне, не мог ему помочь. Теперь же, когда Лю Бэю удалось занять Цзинчжоу, у меня появилось желание довести до конца раз начатое дело. Но указ Цао Цао поставил меня в тупик, и я не знаю, как теперь быть.
-- Отец мой, -- сказал Ма Чао, -- ведь указ, присланный вам Цао Цао, исходит от Сына неба, и если вы не поедете, то Цао Цао сочтет это за неповиновение. Лучше поезжайте в столицу, чтобы избежать наказания, а там, быть может, вам удастся выполнить свой прежний план.
-- Мысли Цао Цао разгадать трудно, -- вмешался Ма Дай, племянник Ма Тэна. -- Поезжайте, дядюшка, а то как бы не было беды.
-- А я, батюшка, -- сказал Ма Чао, -- подыму все силянские войска и пойду следом за вами. Мы ворвемся в Сюйчан и освободим Поднебесную от зла! Брата моего мы оставим охранять Силян.
-- Нет, ты сам будешь охранять Силян, -- возразил Ма Тэн. -- С собой я возьму младших сыновей Ма Сю и Ма Те да племянника Ма Дая. Если ты останешься в Силяне и тебе будет помогать Хань Суй, Цао Цао не посмеет причинить мне вреда.
-- Что ж, батюшка, -- сказал Ма Чао, -- если вы хотите ехать, поезжайте. Только, прошу вас, сразу не входите в столицу, а сначала разузнайте, что там происходит, и действуйте осторожно...
-- Не беспокойся, мой сын, -- ответил Ма Тэн, -- я и сам знаю, что мне делать.
Ма Тэн с пятью тысячами силянских воинов, которых возглавляли его сыновья и племянник, выступил в Сюйчан. Не доходя двадцати ли до города, он расположился лагерем.
Цао Цао, узнав о прибытии Ма Тэна, вызвал к себе своего чиновника Хуан Куя и сказал:
-- Я отправляю Ма Тэна в поход на юг, а тебя назначаю при нем советником. Поезжай в лагерь Ма Тэна и награди его воинов, а ему скажи, чтоб он не брал с собой много войск. Силян, мол, далеко и подвозить провиант оттуда трудно. Я сам дам ему большое войско и буду снабжать его провиантом. Передай ему также, что завтра я вызову его в город и представлю императору.
Получив указания, Хуан Куй отправился к Ма Тэну. Тот угостил его вином. Вскоре у опьяневшего Хуан Куя развязался язык.
-- Мой батюшка, Хуан Юань, погиб от рук Ли Цзюэ и Го Сы, -- завязал он разговор. -- Но не ожидал я, что появится новый злодей, который, как и те преступники, будет оскорблять Сына неба...
-- Кто смеет оскорблять Сына неба? -- спросил Ма Тэн, притворяясь удивленным.
-- Злодей Цао Цао! -- ответил Хуан Куй. -- Зачем вы меня спрашиваете? Разве вы сами не знаете?
Опасаясь, что Хуан Куя подослал Цао Цао, Ма Тэн поспешно оборвал его:
-- Молчите! Здесь могут быть шпионы!
-- Эх! Значит, и вы тоже забыли указ Сына неба, зашитый в пояс! -- горестно воскликнул Хуан Куй.
Убедившись, что Хуан Куй говорит искренне, Ма Тэн стал с ним откровенен.
-- Цао Цао завтра хочет представить вас императору, -- сказал Хуан Куй, выслушав Ма Тэна. -- Но я не советую вам входить в город, ибо это ни к чему хорошему не приведет! Лучше вы сами во время смотра, который Цао Цао будет делать вашим войскам, убейте этого злодея, и великое дело совершится!
Договорившись с Ма Тэном, Хуан Куй возвратился домой. Настроение у него было отвратительное. Жена пыталась его расспрашивать, но он ничего ей не сказал.
Хуан Куй не знал, что его наложница Ли Чун-сян в близких отношениях с Мяо Цзэ -- младшим братом его жены. И вот наложница, увидев Хуан Куя гневным и раздраженным, потом сказала Мяо Цзэ:
-- Сегодня Хуан Куй был на военном совете и вернулся домой очень злой. На кого он злится, не знаю.
Мяо Цзэ, давно лелеявший мечту как-нибудь избавиться от Хуан Куя и взять Ли Чун-сян в жены, посоветовал ей:
-- А ты постарайся вызвать Хуан Куя на разговор. Скажи ему, будто ты слышала, что Лю Бэй добр и гуманен, а Цао Цао, мол, коварный и жестокий злодей. Хорошенько запомни, что он ответит.
Ночью, когда Хуан Куй пришел к ней в спальню, Ли Чун-сян слово в слово повторила ему то, что сказал Мяо Цзэ. Хуан Куй был пьян и неосторожно сболтнул:
-- Ну, где тебе, женщине, понимать, что хорошо, а что плохо! Да и какое тебе дело до меня! Я ненавижу Цао Цао и не могу дождаться дня, когда его убьют!