-- Цао Цао всю жизнь боялся силянских войск, -- ответил Чжугэ Лян. -Теперь, когда он погубил Ма Тэна и двух его сыновей, в Силяне Ма Чао, старший сын Ма Тэна, от ярости скрежещет зубами и жаждет мести. Стоит только написать Ма Чао письмо о том, что вы поддержите его, как он сейчас же выступит против Цао Цао. Подумайте сами, будет ли тогда у Цао Цао возможность пойти на Цзяннань?
Лю Бэй обрадовался этому совету и с гонцом отправил письмо Ма Чао.
В то время когда Ма Тэн отправился в столицу, Ма Чао приснилось, будто он лежит в снегу, а целая стая тигров терзает его. Ма Чао в страхе проснулся и никак не мог успокоиться. Он собрал военачальников и рассказал им о том, что видел во сне.
-- Это несчастливое предзнаменование! -- промолвил один из военачальников.
Все оглянулись на говорившего -- это был сяо-вэй Пан Дэ. Ма Чао попросил Пан Дэ растолковать ему сон.
Пан Дэ сказал, что увидеть во сне просто тигра на снегу -- и то уже плохой знак.
-- Должно быть, с нашим старым полководцем случилась беда в Сюйчане!
В эту минуту вбежал человек и пал ниц перед Ма Чао.
-- Мой дядя и младшие братья погибли!..
Испуганный Ма Чао узнал своего двоюродного брата Ма Дая.
-- Как это произошло? Кто их убил? -- вскричал Ма Чао.
-- Мой дядя и Хуан Куй договорились убить Цао Цао, но Цао Цао каким-то образом проведал об этом, и они были казнены на базарной площади. Братья ваши тоже погибли, и только мне одному удалось убежать, переодевшись торговцем...
Ма Чао с воплем рухнул на пол. Военачальники подняли его; в ярости он скрипел зубами.
Тут Ма Чао доложили, что примчался гонец с письмом от Лю Бэя. Ма Чао взял письмо и прочитал:
"Вы знаете, что на Ханьский правящий дом пало великое несчастье. Злодей Цао Цао, присвоив власть, обманывает знатных и разоряет простой народ. Когда-то мы вместе с вашим батюшкой получили тайное повеление Сына неба и дали клятву расправиться с этим злодеем. Кровь вашего погибшего отца вопиет об отмщении! Немыслимо, чтобы вы и Цао Цао жили на одной земле, под одним небом! Потерпите ли вы, чтобы одно солнце и одна луна светили вам и убийце вашего отца! Подымайте силянские войска и нападайте на Цао Цао! Я помогу вам. Мы покараем злодея, вернем власть ханьскому императору и отомстим за вашего батюшку! На этом я кончаю -- всего, что думаешь, в письме не скажешь. Жду вашего ответа".
Ма Чао вытер слезы, написал ответ на письмо Лю Бэя и отправил его с тем же гонцом. Не откладывая, он стал готовиться к походу.
В это время силянский правитель Хань Суй пригласил Ма Чао к себе домой. Когда Ма Чао пришел, Хань Суй показал ему письмо Цао Цао, в котором говорилось, что если он, Хань Суй, захватит Ма Чао и отправит его в Сюйчан, то получит за это титул Силянского хоу.
-- Ну, что ж, дядюшка, вяжите меня и отправляйте в Сюйчан! -- воскликнул Ма Чао, падая ниц.
-- Как тебе не стыдно! -- возмутился Хань Суй. -- Я побратался с твоим отцом, а ты думаешь, что я способен погубить тебя? Веди войска против Цао Цао, и я тебе помогу!
Ма Чао горячо благодарил его. Хань Суй приказал обезглавить гонца Цао Цао и вместе с Ма Чао выступил в поход. Армия, насчитывающая двести тысяч человек, устремилась на Чанань.
Чжун Яо, начальник области Чанань, послал донесение Цао Цао о надвигающейся опасности, и сам во главе отряда вышел навстречу врагу.
Вскоре войско, возглавляемое Ма Даем, столкнулось с противником. Чжун Яо выехал вперед и вступил в поединок с Ма Даем, но после первой схватки обратился в бегство. Ма Дай со своим войском преследовал его отряд. Подоспевшие в это время Ма Чао и Хань Суй окружили Чанань. Чжун Яо стойко оборонялся.
Чанань был столицей династии Западная Хань. Толстые стены и глубокие рвы, окружавшие город, не давали возможности взять Чанань штурмом. Осаждавшие десять дней стояли у его стен, но так и не могли прорваться в город. Тогда Пан Дэ предложил новый план.
-- В Чанане земля неплодородная, -- сказал он, -- и вода горькая, а запасов провианта нет. Уже и сейчас там народ голодает. Давайте-ка сейчас отведем войска, а потом видно будет, что дальше делать. Думаю, что скоро мы возьмем Чанань без особых усилий.
-- Что ж, придумано недурно! -- согласился Ма Чао и приказал своим войскам отойти от города.
На следующий день Чжун Яо, поднявшись на городскую стену, увидел, что противник ушел. Опасаясь хитрости врага, Чжун Яо послал воинов на разведку, и ему донесли, что вражеские войска действительно ушли. Тогда Чжун Яо успокоился и разрешил воинам выйти из города, чтобы нарубить дров и набрать воды. Ворота стояли широко раскрытыми, жители свободно входили и выходили из города.
Вдруг на пятый день разведчики донесли, что армия Ма Чао вернулась. Воины и жители бросились обратно в город. Чжун Яо приказал запереть ворота, и оборона возобновилась.
Как-то ночью брат Чжун Яо, по имени Чжун Цзинь, охранявший западные ворота, у самого входа заметил горящий факел. Когда Чжун Цзинь подоспел туда, на него налетел всадник с громким криком:
-- Эй, вы! Пан Дэ здесь!
Не успел Чжун Цзинь опомниться, как Пан Дэ зарубил его. Затем Пан Дэ перебил всю стражу, открыл ворота и впустил в город войска Ма Чао и Хань Суя.
Чжун Яо отступил за Тунгуаньский перевал и оттуда послал гонца к Цао Цао. Узнав о потере Чананя, Цао Цао не смел больше думать о походе на юг. Он отправил Цао Хуна и Сюй Хуана с отрядом воинов к Чжун Яо, чтобы помочь ему оборонять Тунгуань.
-- Запомните, -- напутствовал их Цао Цао, -- если только вы в течение десяти дней не удержите перевал, я всех вас казню! А через десять дней я сам подоспею с большим войском.
Цао Хун и Сюй Хуан выступили в поход.
-- Вы случайно не забыли, что у Цао Хуна характер очень горячий? -- сказал Цао Жэнь. -- Как бы он не наделал там ошибок!
-- Хорошо, я это учту, -- ответил Цао Цао. -- На тебя я возлагаю обязанность подвозить мне провиант, а если понадобится, то и помочь в боях.
Цао Хун и Сюй Хуан, добравшись до Тунгуаня, сменили Чжун Яо. Они продолжали обороняться и в открытый бой не вступали. Ма Чао ежедневно подходил к перевалу и выкрикивал грубую брань, поминая три поколения рода Цао Цао. В яростном гневе Цао Хун готов был ринуться в бой, и Сюй Хуан с трудом удерживал его.
-- Ты разве не понимаешь, чего добивается Ма Чао? Ему только и надо втянуть нас в битву. Но не забывай, что, пока не подойдет армия чэн-сяна, нам сражаться нельзя! У Цао Цао есть свой план. Мы должны удержать перевал!