-- Что-то невесело у нас на пиру! Ну-ка посмотрите, как я владею мечом!
Гань Нин понял намерение Лин Туна и, оттолкнув столик, тоже вскочил.
-- Что ж, и я покажу вам, как умею владеть алебардой! -- крикнул он и, взяв алебарду, вышел вперед.
Люй Мын, почуяв недоброе, встал между противниками. В одной руке у него был меч, а в другой щит.
-- Спору нет, вы ловкие воины! -- воскликнул он. -- Но все же я искуснее вас!
С этими словами он пустил в ход оружие и быстро развел противников в разные стороны.
Об этом столкновении кто-то успел сообщить Сунь Цюаню, и тот, вскочив на коня, примчался на пир. При виде Сунь Цюаня соперники опустили оружие.
-- Что это вы затеваете? -- с укором сказал Сунь Цюань. -- Ведь я приказывал вам позабыть о вражде!
Смущенный Лин Тун поклонился Сунь Цюаню, и тот велел ему дать обещание впредь не враждовать с Гань Нином.
На следующий день все войско выступило в поход на Хэфэй.
Город охранял военачальник Чжан Ляо. После падения Хуаньчэна его не оставляла тревога. И вдруг от Цао Цао прибыл Се Ди и привез шкатулку с наказом открыть ее, как только враг подойдет к Хэфэю.
В тот же день Чжан Ляо получил донесение, что Сунь Цюань со стотысячной армией идет на Хэфэй. Чжан Ляо открыл шкатулку. В ней оказалось письмо:
"Если Сунь Цюань будет угрожать безопасности города, военачальникам Чжан Ляо и Ли Дяню следует выйти ему навстречу, а военачальнику Ио Цзиню охранять Хэфэй".
Чжан Ляо показал письмо Ли Дяню и Ио Цзиню.
-- Что вы намерены делать? -- спросил Ио Цзинь.
-- То, что приказано, -- ответил Чжан Ляо. -- Господин наш в далеком походе, и Сунь Цюань думает, что легко разобьет нас. Но мы выйдем ему навстречу и будем драться изо всех сил! Мы подорвем боевой дух его войска и воодушевим наших людей.
Ли Дянь, недолюбливавший Чжан Ляо, промолчал, а Ио Цзинь, заметив это, сказал:
-- Силы противника намного превосходят наши, трудно нам будет устоять в открытом бою. Не лучше ли занять оборону?
-- Вы думаете только о себе и забываете о государственном деле, -- возразил Чжан Ляо. -- Как хотите, а я выйду навстречу врагу и вступлю с ним в решительный бой! -- И он приказал подать коня.
Ли Дянь, устыдившись своего поведения, тоже встал и обратился к Чжан Ляо:
-- Я не оставлю вас. Не думайте, что из-за личной обиды я способен забыть дело! Приказывайте, я повинуюсь.
-- Если вы готовы помочь мне, то завтра вы устройте засаду севернее переправы Сяояоцзинь, -- сказал обрадованный Чжан Ляо. -- И как только войско Сунь Цюаня перейдет на наш берег, разрушьте мост Сяоши, а тем временем мы с Ио Цзинем ударим на врага.
Ли Дянь поступил так, как ему было приказано.
Войско Сунь Цюаня приближалось к Хэфэю. Люй Мын и Гань Нин вели передовой отряд, Сунь Цюань и Лин Тун шли за ними, остальное войско двигалось позади.
Когда Люй Мын и Гань Нин столкнулись с войсками Ио Цзиня, Гань Нин выехал на поединок. После нескольких схваток Ио Цзинь, притворившись побежденным, обратился в бегство. Гань Нин сделал знак Люй Мыну, и они бросились преследовать отступающего противника.
Сунь Цюань, узнав об этом, распорядился немедленно перейти на северный берег Сяояоцзиня и первым поскакал вперед. Но вдруг затрещали хлопушки, и вражеские отряды справа и слева обрушились на него.
Растерявшись, Сунь Цюань приказал звать на подмогу Люй Мына и Гань Нина, но те были далеко. У Лин Туна было всего лишь сотни три всадников, которым не под силу было сдержать врага, хлынувшего на них подобно горной лавине.
-- Господин мой, уходите обратно на тот берег по мосту Сяоши! -- крикнул Лин Тун.
И больше он ничего не успел сказать -- его теснили две тысячи всадников Чжан Ляо. Лин Тун вступил с ними в смертельную схватку.
Сунь Цюань, нахлестывая коня, бросился к мосту. Но с южной стороны настил уже был разобран более чем на один чжан. От страха Сунь Цюань застыл на месте.
-- Господин мой! -- закричал я-цзян Лу Ли. -- Осадите коня назад и прыгайте с разгона!
Сунь Цюань подался назад примерно на три чжана и, натянув удила, огрел коня плетью. Тот одним прыжком перенес его на другую сторону.
Потомки сложили об этом такие стихи:
Когда-то "ди-лу" через Таньци перепрыгнул,
Сейчас Сунь Цюань в сраженье разбит при Хэфэе.
Отвел он коня, хлестнул его плетью горячей,
И мост перешел крылатого ветра быстрее.
Здесь Сунь Цюаня на лодках встретили военачальники Сюй Шэн и Дун Си.
Лин Тун и Лу Ли сдерживали натиск Чжан Ляо. К ним на помощь подошли Люй Мын и Гань Нин. Но под ударами врага войска Сунь Цюаня не могли устоять. Они потеряли убитыми более половины войска; все триста воинов, бывшие под командой Лин Туна, погибли. Сам Лин Тун был пять раз ранен копьем. Когда он добрался до реки, мост уже был разрушен, и ему пришлось спасаться бегством вдоль берега.
Сунь Цюань с южного берега заметил Лин Туна и приказал Дун Си переправить его через реку в лодке.
В этом бою Чжан Ляо навел на врага такой страх, что люди боялись одного его имени, а малолетние дети по ночам плакали от страха.
Охраняемый военачальниками, Сунь Цюань вернулся в лагерь. Щедро наградив за отвагу Лин Туна и Лу Ли, он собрал войско и ушел в Жусюй. Здесь он занялся подготовкой флота, готовясь к новому походу на суше и по воде. Кроме того, он послал гонцов в Цзяннань за подмогой.
Чжан Ляо, зная о замыслах Сунь Цюаня, боялся, что с малочисленным войском ему не удержаться в Хэфэе, и отправил Се Ди в Ханьчжун просить помощи у Цао Цао.
Цао Цао спросил советников:
-- Скажите, можно ли сейчас думать о захвате Сычуани?
-- Разумеется, нет, -- сказал Лю Е. -- Нападение на земли Шу не принесет нам никакой выгоды. Там установился крепкий порядок, и Лю Бэй сделал необходимые приготовления к обороне. Нужно идти на помощь Чжан Ляо в Хэфэй, а оттуда на Цзяннань.
Оставив Сяхоу Юаня охранять Ханьчжун и Динцзюньшань, а Чжан Го -- оборонять Мынтоуянь и важнейшие проходы в горах, Цао Цао поднял все свое войско, снялся с лагеря и двинулся на Жусюй.
Поистине:
Как только железные всадники в крови потопили Лунъю,
На юг устремил Цао Цао великую силу свою.
Если вы хотите узнать, кто победил, а кто потерпел поражение в предстоявшем бою, посмотрите следующую главу.