-- Цао Цао отступил на заставу Янпингуань, -- сказал Лю Бэй. -- Войско его ослаблено последним поражением. Думаете ли вы, учитель, окончательно сломить его?
-- Уже все предусмотрено, -- успокоил его Чжугэ Лян и послал Чжан Фэя и Вэй Яня перерезать путь, по которому врагу доставляли провиант; Хуан Чжуну и Чжао Юню было приказано зажечь кустарник в горах. Военачальники немедля выступили в поход; с ними пошли проводники из местных жителей.
Цао Цао решил обороняться на заставе Янпингуань. Вскоре разведчики донесли ему, что в горах горит кустарник и что войска Чжан Фэя и Вэй Яня идут к дороге, по которой подвозят провиант.
-- Кто готов драться с Чжан Фэем? -- вскричал Цао Цао.
-- На бой пойду я! -- вызвался Сюй Чу.
Цао Цао велел ему с тысячей отборных воинов немедля отправляться к месту провиантских складов.
Чиновник, ведавший снабжением войска, обрадовался приходу Сюй Чу и сказал:
-- Без вашей помощи мы не довезли бы провиант до Янпингуаня!
Затем он принялся угощать Сюй Чу вином и мясом. Развеселившись, Сюй Чу стал торопиться в дорогу.
-- Солнце уже садится, а впереди баочжоуские земли, -- предостерег его чиновник. -- Ночью в горах пройти невозможно.
-- Чего вы боитесь! -- вскричал Сюй Чу. -- Положитесь на меня! Двинемся в путь при свете луны!
С обнаженным мечом в руке Сюй Чу поехал вперед, обоз двинулся за ним.
Ко времени второй стражи они вышли на Баочжоускую дорогу и, пройдя половину пути, вдруг услышали, как в ущелье загремели барабаны и затрубили рога. Чжан Фэй вывел свой отряд и с копьем наперевес бросился на пьяного Сюй Чу. Тот с трудом отбивался, и после нескольких схваток Чжан Фэй ударом копья в плечо сбросил Сюй Чу с коня. Воины подобрали его и бежали, а Чжан Фэй, захватив обоз, повернул обратно.
Когда Сюй Чу привезли в лагерь, Цао Цао распорядился передать раненого на попечение лекаря, а сам выступил против врага. Лю Бэй с войском вышел ему навстречу и приказал Лю Фыну вступить в поединок.
-- Башмачник! -- бранью ответил Цао Цао. -- Ты всегда посылаешь драться свое отродье! Вот я вызову своего сына, так он твоего щенка смешает с грязью!..
Обозленный Лю Фын с копьем наперевес рванулся к Цао Цао. Но тот послал в бой Сюй Хуана. После нескольких схваток Лю Фын обратился в бегство. Тогда Цао Цао дал сигнал начинать большой бой. Но вдруг позади загремели барабаны, затрубили рога. Опасаясь неожиданного удара с тыла, Цао Цао отступил на заставу Янпингуань. В смятении воины его топтали друг друга. Противник, не давая им передышки, подошел к заставе и поджег восточные и южные ворота; за северными и западными воротами слышались крики и барабанный бой. Цао Цао вырвался с заставы, но путь ему преградил Чжан Фэй, а сзади ударил Чжао Юнь, и со стороны Баочжоу -- отряд Хуан Чжуна. Войско Цао Цао было разбито, военачальникам едва удалось спасти его самого.
Но, добравшись до входа в долину Сегу, они увидели впереди облако пыли -подходил какой-то отряд.
-- Если это засада, нам конец! -- воскликнул Цао Цао.
К счастью, это оказался его сын, Цао Чжан. Отважный воин, искусный стрелок из лука, он обладал такой силой, что голыми руками мог справиться с диким зверем. Цао Цао часто говорил ему:
-- Ты больше любишь лук и коня, чем учение! В этом нет ничего почетного для тебя. Ты не простолюдин!
На это Цао Чжан отвечал:
-- Если я хочу стать истинно великим мужем, мне надо брать пример с Вэй Цина и Хо Цюй-бина. Я должен совершать подвиги в пустынях, побеждать несметные полчища, из конца в конец пройти Поднебесную. Где тут думать об учении?
А когда Цао Цао спрашивал своих сыновей, кем они хотят быть, Цао Чжан обычно отвечал:
-- Хочу быть полководцем!
-- Что же нужно для того, чтобы стать полководцем? -- спрашивал Цао Цао.
-- Носить латы и держать в руках оружие, не бояться трудностей и самому вести вперед своих воинов, поощрять и наказывать по заслугам, -- отвечал Цао Чжан.
Цао Цао смеялся.
В двадцать третьем году периода Цзянь-ань [218 г.] в областях Ухуань и Дайцзюнь вспыхнуло народное волнение. Цао Цао послал туда Цао Чжана с пятидесятитысячным войском и сказал на прощание:
-- Помни: дома мы -- отец и сын, на службе -- государь и подданный. Закон нелицеприятен и не пощадит тебя. Будь осторожен.
Цао Чжан впереди своих воинов с боями дошел до Санганя, и вскоре все северные земли оказались в его руках.
Когда Цао Чжан узнал, что отец его находится в Янпингуане, он поспешил к нему на помощь.
-- Пришел мой рыжебородый сын! -- обрадовался Цао Цао. -- Ну, теперь я разобью Лю Бэя!
Он остановил войско и расположился лагерем у входа в долину Сегу.
Вскоре Лю Бэю стало известно, что Цао Чжан привел свое войско к Цао Цао.
-- Кто сразится с Цао Чжаном? -- спросил Лю Бэй.
-- Если разрешите, я! -- отозвался Лю Фын.
-- И я! -- воскликнул Мын Да.
-- Идите вместе, и мы посмотрим, кто из вас совершит подвиг! -- решил Лю Бэй.
Лю Фын и Мын Да, каждый с пятитысячным отрядом, двинулись навстречу врагу. Первым шел Лю Фын, за ним следовал Мын Да. Цао Чжан выехал вперед и скрестил оружие с Лю Фыном, который после третьей схватки обратился в бегство.
Тогда на поединок вышел Мын Да. Но едва противники успели скрестить оружие, как в войске Цао Чжана поднялся переполох. Оказалось, что с тыла напали на него отряды военачальников Ма Чао и У Ланя. Мын Да сейчас же присоединился к ним. Зажатый с двух сторон, Цао Чжан обратился в бегство и лицом к лицу столкнулся с У Ланем. В яростной схватке Цао Чжан ударом алебарды сбил У Ланя с коня. Но жестокое сражение продолжалось. Видя всю бесплодность попыток добиться победы, Цао Цао отдал приказ отступать в долину Сегу и укрепиться в лагере.
Бои не возобновлялись, но противники продолжали стоять на одном месте. Цао Цао не раз пытался пробиться вперед, однако Ма Чао упорно преграждал ему путь. Цао Цао хотел прекратить войну и вернуться в столицу, но его удерживал страх перед насмешками Лю Бэя.
Как-то чиновник, ведавший кухней, принес на обед Цао куриный суп. Заметив в чашке куриное ребро, Цао Цао задумался. В это время в шатер вошел Сяхоу Дунь и спросил, какой пароль назначить на ночь.
-- Куриное ребро, куриное ребро! -- машинально ответил Цао Цао.
Сяхоу Дунь оповестил об этом всех военачальников. Начальник походной канцелярии чжу-бо Ян Сю сразу же приказал своим людям укладываться и собираться в дорогу. Кто-то сказал об этом Сяхоу Дуню. Он встревожился и пошел к Ян Сю: