Поистине:
Старик, что служил господину, не зная измен и коварства,
Еще одним подвигом смелым прославит свое государство.
Тот, кто хочет узнать, чем закончился поход Хуан Чжуна, пусть посмотрит следующую главу.
ГЛАВА ВОСЕМЬДЕСЯТ ТРЕТЬЯ
которая повествует о том, как во время битвы у Сяотина в руки Сянь-чжу попался его недруг, и о том, как ученый книжник был назначен полководцем
Действительно, храбрейший военачальник Хуан Чжун, оскорбленный словами Сянь-чжу, схватил меч, вскочил на коня, и в сопровождении нескольких воинов помчался прямо в илинский лагерь. Его встретили военачальники У Бань и Чжан Нань.
-- По какому делу вы приехали, полководец? -- спросили они.
-- Я от самого Чанша следую за Сыном неба, -- отвечал Хуан Чжун, -- и оказал ему немало услуг. Правда, мне уже больше семи десятков, но я и сейчас съедаю по десять цзиней мяса за раз, могу натянуть самый тугой лук и ездить на самом быстром коне. И все же Сын неба сказал, что от стариков нет никакой пользы! Вот я и хочу доказать, что я не стар! Я пришел сюда, чтобы драться с врагом. Пусть Сын неба посмотрит, какой я старик!
Во время этой беседы У Баню доложили, что подходит передовой отряд вражеских войск и конные разъезды уже недалеко от лагеря. Хуан Чжун в один миг выбежал из шатра и вскочил на коня.
Фын Си и У Бань пытались остановить его:
-- Вы почтенный военачальник и вам не подобает действовать сгоряча.
Но Хуан Чжун не стал их слушать и, хлестнув коня, умчался. Тогда У Бань приказал Фын Си следовать за стариком.
На полном ходу осадив коня перед войском врага, Хуан Чжун обнажил меч и стал вызывать Пань Чжана на поединок. Пань Чжан выехал вперед в сопровождении военачальника Ши Цзи. Поиздевавшись над старостью Хуан Чжуна, Ши Цзи начал бой и в третьей схватке пал от меча Хуан Чжуна. Пань Чжан пришел в ярость и бросился на старика, изо всех сил вращая над головой мечом Черного дракона. Этот необыкновенный меч достался ему, когда брали в плен Гуань Юя.
Хуан Чжун дрался с ожесточением, и Пань Чжан вскоре понял, что ему не одолеть старого воина. Пустив коня во весь опор, он бежал без оглядки. Хуан Чжун погнался было за ним, но потом передумал и вернулся обратно.
Гуань Син и Чжан Бао встретили победителя такими словами:
-- Наш мудрейший повелитель приказал идти вам на помощь. Но вы уже совершили подвиг, и мы просим вас поскорее возвратиться в лагерь.
Хуан Чжун и слышать об этом не хотел.
На следующий день снова пришел Пань Чжан с войском. Хуан Чжун немедля выехал на бой, упрямо отказываясь от помощи, которую ему предлагали и Гуань Син, и Чжан Бао, и У Бань.
Выдержав всего несколько схваток, Пань Чжан обратился в бегство, держа в вытянутой руке меч Черного дракона.
-- Стой, злодей! Я мщу за Гуань Юя! -- кричал гнавшийся за ним Хуан Чжун.
Так Пань Чжан увлек за собой старика на целых тридцать ли. А там вдруг раздались оглушительные крики -- из засады выскочили воины Чжоу Тая, Хань Дана и Лин Туна. К ним присоединился и Пань Чжан, с ходу повернув свой отряд. Хуан Чжун оказался в тесном кольце врагов.
Внезапно налетел бешеный ветер. Старый военачальник пытался отступить к горе, но на ее склоне появился отряд во главе с Ма Чжуном. Ма Чжун выстрелил из лука, и стрела попала Хуан Чжуну подмышку. Старый воин едва удержался в седле.
Противник сразу перешел в наступление, но тут на помощь старику подоспели Гуань Син и Чжан Бао; многочисленный враг бежал.
Раненого Хуан Чжуна проводили в императорский лагерь. Рана сильно болела и кровоточила. Сянь-чжу лично навестил старика.
-- Это мы во всем виноваты! -- говорил он, поглаживая Хуан Чжуна по спине.
-- Я глубоко счастлив, что мне пришлось служить вам, государь, -- отвечал Хуан Чжун. -- Пожил я достаточно, мне уже около семидесяти пяти лет. Верю, государь, что вы будете беречь себя и еще завоюете царство Вэй!
Вскоре он перестал узнавать окружающих и ночью скончался.
Потомки сложили о нем такие стихи:
О воинах старых толкуя, его вспоминают доныне.
В сражении при Сычуани он подвигов много свершил.
Он лук свой, тугой как железо, натягивать мог без усилья,
Легко, словно юноша, в битве тяжелые латы носил.
Хэбэй потрясал он отвагой, служа своему господину,
Его многославное имя вокруг разносила молва.
Он прожил героем на свете и жизнь свою кончил героем,
Хотя и была перед смертью белее, чем снег, голова.
Император горевал о смерти старейшего военачальника и приказал с большими почестями похоронить его в Чэнду.
-- Из пяти наших храбрейших полководцев Тигров трое погибли, а мы все еще не отомстили врагу! -- сокрушенно вздыхал Сянь-чжу.
С отрядом телохранителей он отправился в Сяотин и созвал там на совет военачальников. Решено было разделить все войско на восемь отрядов и перейти в наступление на суше и на воде. Флот возглавлял Хуан Цюань, а сам Сянь-чжу встал во главе сухопутного войска. Было это в середине второго месяца второго года периода Чжан-у [222 г.].
Когда Хань Дан и Чжоу Тай узнали о приближении врага, они решили выйти на бой. Противники расположились друг против друга в боевом порядке. Хань Дан и Чжоу Тай выехали вперед. Они увидели, как у ворот лагеря раздвинулись знамена и на коне показался сам Сянь-чжу под желтым шелковым зонтом с золотыми украшениями. Справа и слева от него виднелись желтые секиры и белые бунчуки, шитые золотом и серебром; походные знамена окружали его полукольцом.
-- Вы теперь стали императором и вам не следовало бы выезжать так неосторожно! -- громко закричал Хань Дан. -- Случайно вы можете лишиться жизни!
-- Ты, жалкий пес! -- гневно ответил Сянь-чжу, протянув руку в сторону Хань Дана. -- Мы поклялись отомстить тебе! Не жить нам с тобой под одним небом!
-- Кто начнет бой? -- обратился Хань Дан к своим военачальникам.
В ответ на его вопрос вперед выехал Ся Сюнь. В ту же минуту из-за спины Сянь-чжу появился вооруженный длинным копьем Чжан Бао и с боевым возгласом бросился на Ся Сюня. Громоподобный голос противника привел в трепет Ся Сюня, и он уже хотел отступить, но к нему подъехал Чжоу Пин, брат Чжоу Тая. А на другой стороне к Чжан Бао присоединился Гуань Син.
Тут Чжан Бао снова издал крик и, метнув копье, насмерть поразил Ся Сюня. Не успел опомниться и Чжоу Пин, как Гуань Син зарубил его мечом. Затем победители бросились на Хань Дана и Чжоу Тая. Те поспешно скрылись в рядах своих войск.