Сглатываю ком в горле. Вот, значит, птица какого полета этот таинственный Игорь Михайлович. Ага, а с виду просто хозяин ресторана…
— Ты рано, Аркадий, — Игорь Михайлович поднимается с места и пожимает тому руку. — Прошу.
Вице-губернатор и второй мужчина присаживаются за столик напротив нас. Аркадий Анатольевич, видимо, из приличий открывает меню и тут же закрывает.
— Да, вышло раньше освободиться, но у меня времени только на кофе, — он поднимает руку, подзывая официантку, затем обращается к помощнику: — Саша, давай папку.
Второй мужчина вынимает из кейса непрозрачную пластиковую папку на кнопке и протягивает Игорю Михайловичу, но тот даже не шевелится, чтобы ее взять. Спохватываюсь, вспоминая, что это я должна передать ему то, что вручают другие. Забираю папку из рук мужчины и тут же отдаю Игорю Михайловичу. Он кивает с довольным видом и перекладывает ее на свою сторону стола.
Снова подходит официантка и получает заказ на два латте.
— Здесь все, — продолжает Аркадий Анатольевич, пододвигая папку в сторону Игоря Михайловича. — Разрешение на строительство, согласование с главным архитектором, договор аренды земли, его остается только со второй стороны подписать… Ты что, вздумал второй ресторан открывать? В Горелово?
— Я просил не для себя, Аркадий, — с улыбкой отвечает Игорь Михайлович. — Для одного из моих клиентов.
Вице-губернатор продолжает что-то по-дружески говорить. А я стараюсь справиться с когнитивным диссонансом. Для меня представители власти, особенно сидящие так высоко, всегда были какими-то небожителями. А тут он живой, во плоти, да еще и говорит по-простому, очень по-человечески. Идол, спустившийся с пьедестала.
Официантка выносит напитки, расставляет их на столе, спрашивает, будут ли другие гости что-то заказывать, и огорченная отправляется к другим столикам.
— А для кого, скажешь? — допытывается Аркадий Анатольевич.
— Прости, нет, — все так же бархатисто произносит Игорь Михайлович. — Я не разглашаю имена тех, с кем работаю.
— Да, понимаю, старый ты бес, — Аркадий Анатольевич хитро прищуривается. — Ну ладно, сам узнаю, когда те ребята договор аренды земли подпишут. А теперь мне пора.
— Узнаешь, когда узнаешь, — с улыбкой отвечает Игорь Михайлович. — Но это определенно будет не через меня.
Вице-губернатор и его молчаливый Саша допивают кофе и вместе уходят, оставляя нас с Игорем Михайловичем наедине.
Официантка приносит нам блюда. Ох, лишь бы он занял рот едой и не продолжал допрос. По крайней мере, я точно смогу тянуть с ответами.
— Приятного, — произносит Игорь Михайлович и начинает есть свои медальоны.
Благодарю вполголоса, и тоже принимаюсь за салат. Меня так и подмывает спросить, закончились ли его деловые встречи и можно ли мне домой. В конце концов, что такого, если я это сделаю? Это же работы касается. Не какие-то мои глубокомысленные замечания…
— Игорь Михайлович, — начинаю аккуратно и понимаю, что зря это сделала, когда он втыкает в меня острый взгляд. Но раз начала, договариваю: — У вас по плану еще есть встречи? Или мой рабочий день закончился?
Он спокойно дожевывает только что отправленный в рот кусок свинины и промокает губы салфеткой. От неторопливости всех этих действий становится жутковато. Что-то он мне сейчас выскажет.
— Как моя помощница это ты должна мне сказать, есть ли у меня еще встречи на сегодня, — цедит он, — но ты еще не успела втянуться в работу, так что на первый раз прощаю.
Слегка выдыхаю, что все легко обошлось, но он, похоже, еще не закончил.
— А теперь скажи, ты слышишь плохо или с памятью проблемы?
— Ничего такого, — выговариваю грубее, чем следует, потому что уже догадываюсь, к чему он это начал.
— Если ты расслышала и запомнила, что непонятного в том, что ты сама не начинаешь разговор со мной? — он сплетает пальцы и на полном серьезе вопросительно смотрит на меня.
— Я же по поводу работы спросила, это тоже нельзя? — переспрашиваю возмущенно.
Он отворачивается и бормочет какое-то ругательство.
— Снова вопросом на вопрос…
— Хорошо, — отвечаю сердито. — Вы так сказали, будто это касается только отвлеченных тем. Теперь полностью понятно!
— Значит, так, — он постукивает указательным пальцем по столу. — Предупреждаю последний раз. Если не будешь выполнять правила, которые я озвучил, вместе с Женей пойдете работать в Пятерочку. Ясно?
Проклинаю свою невыдержанность.