— Я на несколько дней лечу в Италию, — женщина берет свою сумочку со стола и подходит ко мне, — Не хочешь составить компанию?
— Не могу, Альбин, — припечатываю поцелуй в щеку, потому что ее губы снова накрашенны красной едкой помадой, — Ты же знаешь.
— Завязывай, Егор. Думаешь, я не знаю, откуда твои синяки берутся? Зачем вы дерётесь? Ну я могу ещё понять в восемнадцать, ну в двадцать, но тебе двадцать семь! Если тебе так нравится футбол, я могу акредитовать тебя как журналиста…
— Хм… — разворачиваю ее к себе спиной и подталкиваю на выход из кабинета, — Не клеится у нас с тобой диалог сегодня, Альбин. И вообще…
— Ну давай… — она с вызовом оборачивается, — Говори уже.
— Ты бы попробовала с мужем по-честному. Может и вышло бы чего. А я не хочу сомневаться чей ребёнок будет расти в твоём животе.
— Это все? — она ухмыляет красивые губы, — Не позвонишь?
— Перестань. Ты всегда можешь ко мне обратиться…
— Машину починить, — хмыкает и проворачивает ключ в двери, — Позвони мне сам, если что.
Закрываю дверь. Жесть! Тру глаза. На столе уже третий раз вибрирует телефон. Это Павел.
— Алло!
— Герыч, ты там где? — слышу в трубке шум метро.
— Еду. Ты на какой уже?
— Да только от своей отъехал.
— А парни?
— Уже на месте ждут.
— Добро.
Кидаю в карман капу, бинтую кулаки, выкладываю в стол документы и ключи от машины. Надеваю куртку, накидываю капюшон и прячу руки в карманы…
Знакомство 1
Дарья
В клинику просачиваюсь через запасной выход. Если профессор Илюшин узнает, что я опоздала, да ещё и почти на час, то съест меня живьём. Ну ладно, не съест, а заставит разложить по алфавиту архивы рентгеновских снимков за последний месяц. Так что, я не знаю, что хуже. Телефон в сумочке настойчиво вибрирует. Блин, Валя, да тут я уже. Роюсь в сумочке, чтобы побыстрее сбросить вызов, но как на зло, попадаются расческа, блеск для губ, короче все, кроме мобильника.
— Ромаанова, — раздаётся за моей спиной протяжное, — Фамилия у вас, конечно, царская. А вот манеры… оставляют желать лучшего. Где вежливость королей?
Я медленно поворачиваюсь и на вершине лестничного пролёта вижу своего непосредственного начальника.
— Семён Викторович… Как вы меня напугали, — выдыхаю, и мой голос приобретает заискивающие тона, — Я не виновата. Честно. Там метро не работало.
— Вы, Романова, работаете в больнице. Где пациенты ждут вашей экстренной помощи. Сходите и объясните им, что они сидят в очереди с открытыми ранами, потому что у вас вагончик уехал или не приехал, — Илюшин хмурит брови, и я снова чувствую себя его студенткой, опоздавшей на пару. Надо сказать, что было это всего пару раз, ибо очень черевато бесконечными отработками.
— Откуда очереди то? — начинаю подниматься по лестнице, пытаясь вспомнить сегодняшнее число.
— Вот, Романова, — продолжает песочить меня профессор, — А теперь я наблюдаю на вашем лице мыслительный процесс.
— Мы сегодня дежурные по городу? — сдуваюсь, осознавая сколько человек теперь сидит ко мне на перевязки и обработку.
— Браво, Романова, — Семён Викторович вручает мне несколько папок с анамнезами, — Забирайте и приступайте побыстрее. Я сейчас к вам подойду.
— Хорошо, спасибо… — быстренько ныряю с лестничного пролёта в коридор, радуясь, что моя епитимья откладывается. Но меня догоняет громкий оклик.
— Ничего не планируйте на послезавтра! Отоспитесь и прошу… Трудиться на благо отечественной медицины, так сказать. Подружку тоже обрадуйте!
Блин. Попала. Спорить тут себе дороже, еще и Валю подставила. Хорошо, что Артур уезжает в командировку, а то снова бы поругались.
С некоторых пор мене стало сложно сдерживать себя и не провоцировать конфликт в те моменты, когда мой жених пытается «сделать меня лучше». Причём его «пожелания» уже расползлись на всевозможные мелочи типо выбора одежды, питания и стали больше напоминать жесткую авторитарную критику. Заворачиваю за угол и на секунду застываю.
— Вы что делаете? — ошарашено окликаю двух рябят, которые ковыряются за передней панелью коридорного телевизора, — Предупреждаю вас! Даже не думайте что-то украсть! — подхожу ближе и отмечаю, что парни совсем не похожи ни на беспризорников, ни на наркоманов. Даже наоборот- стильные кроссовки, куртки со значком Фред Перри. Плечистые, видно, что спортивные, — Здесь везде камеры, — добавляю уже не так агрессивно и чувствую, что краснею, под их оценивающими взглядами.