— Ты издеваешься?.. — срывается у меня на дрожащий шепот. — Я для тебя просто игрушка?
— Да, — произносит он абсолютно спокойно, как зачитывает приговор.
Я стискиваю зубы до хруста и умолкаю. Лучше так — лишь бы он просто оставил меня в покое. Если я начну спорить и качать права, этот псих только больше распалится.
— Ты меня поняла? — его голос бьет наотмашь, как плеть.
— Да, — бросаю я, уставившись в боковое стекло и избегая любого зрительного контакта.
Он больше не роняет ни слова, и эта давящая тишина кажется страшнее любых криков. Спустя двадцать минут машина наконец сворачивает к главному корпусу университета. Едва колеса замирают, я вылетаю из салона на свежий воздух и несусь к ступеням, словно от этой скорости зависит моя жизнь.
Врываюсь в шумный холл университета, чувствуя, как сердце в груди бьется загнанной птицей. Задорный смех студентов, звонкие голоса вокруг, громкий звонок на пару — всё это кажется совершенно чужим и слишком контрастным после тягучей ужасающей атмосферы в его авто.
Чёрт с ним. Я не позволю этому больному диктовать мне правила. Он хочет держать меня на коротком поводке, но я ему не собака.
Мысли невольно возвращаются к Лиаму. Его легкая, искренняя улыбка, спокойный мягкий голос, то, как он смотрит на меня — словно я не часть чьих-то грязных игр, а просто… я. Ему действительно не все равно. И мне до безумия нравится это забытое чувство безопасности.
Да. Я буду встречаться с ним. Почему нет? Он мне искренне нравится, и плевать я хотела на то, что скажет этот псих.
Замечаю Лиама у окна в дальнем коридоре. Он привычно прислонился к стене, держа в одной руке раскрытую книгу и что-то быстро набирая в телефоне. Мягкий свет падающего из окна солнца заливает его профиль, и у меня внутри впервые за утро становится спокойно и тихо.
— Привет, — произношу я, подбираясь ближе. Голос всё ещё немного подрагивает после пережитого кошмара, но я изо всех сил стараюсь это скрыть.
Он поднимает глаза, и его лицо мгновенно озаряется теплой улыбкой.
— Привет.
— Лиам, давай встречаться, — вырывается у меня на одном дыхании.
Лиам замирает и смотрит на меня чуть дольше обычного. В его выражении читается изумление и осторожность — будто он пытается расшифровать, не шучу ли я.
— Ты… это серьезно? — он всё еще не может поверить своим ушам, но в уголках его губ уже расцветает искренняя улыбка.
— Абсолютно серьезно, — отвечаю я, заставляя себя не отводить взгляд. — Хочешь или нет?
Он тихо смеется, запускает пальцы в волосы и качает головой:
— Ты умеешь застать парня врасплох.
— Это «да» или «нет»? — я чуть приподнимаю бровь, и впервые за день ощущаю приятную легкость.
— Да, — наконец произносит он, и его улыбка становится невероятно широкой и счастливой. — Конечно, да.
Я чувствую, как в груди что-то слабо трепещет, словно окружающий воздух стал значительно теплее. Лиам делает шаг навстречу и неуверенно касается моей ладони. Его пальцы тёплые, живые, совершенно другие… не жесткие, не давящие, без капли яда.
***
Прошло несколько дней. Маттео так ни разу и не появился в особняке, и я всё чаще ловила себя на спасительной мысли: а вдруг он больше никогда не вернётся? От этой надежды становилось значительно легче дышать.
С Лиамом всё складывалось удивительно просто и правильно. Мы долго гуляли по тенистым паркам, засиживались в уютных маленьких кофейнях, болтали обо всем на свете и ни о чем конкретном. Его рука в моей ладони ощущалась легко и естественно, а когда он осторожно наклонялся ко мне за трепетным поцелуем — у меня внутри словно взлетала стая невесомых бабочек.
Я ловила себя на том, что постоянно улыбаюсь без видимой причины. Что с нетерпением жду каждой новой встречи. Что рядом с ним весь этот мир перестает казаться тёмным, тяжелым и опасным.
Я начала дышать спокойнее, привыкая перемещаться по огромному особняку без сковывающего липкого страха. Лоренцо относился ко мне удивительно тепло, по-настоящему по-отцовски: никогда не позволял себе лишнего, а наоборот — с гордостью называл «дочкой». Мама от этого буквально светилась изнутри, и её искреннее счастье грело меня, заставляя поверить, что прошлый кошмар остался позади.
Утром я спустилась в столовую на завтрак перед занятиями. Мама и Лоренцо уже сидели за столом.