— Тогда считай, что тебе повезло, — заявляет Сафия с важным видом. — Потому что теперь у тебя есть я.
Я тихо смеюсь, чувствуя, как подступает ком к горлу:
— Согласна. Теперь у меня есть ты.
Мы еще немного болтаем о всяких глупостях, пока Сафия не начинает сладко зевать. Вместе быстренько убираем со стола и поднимаемся на второй этаж. Забравшись к ней в комнату, я ложусь рядом, прямо поверх одеяла.
Через пару минут слышится её ровное сопение. Я осторожно глажу её по волосам, чтобы не потревожить сон, и сама погружаюсь в забытье.
Утром нас будит аппетитный запах свежей выпечки и кофе. На кухне вовсю хозяйничает Элина, а Виктор сидит у окна с кружкой в руках.
— Вот и наши спящие красавицы, — тепло улыбается Элина. — Мы вернулись рано, но не стали вас будить. Вы так мило спали вдвоем! Я даже хотела сфотографировать, но Виктор не разрешил.
— Мам, ну хватит, — смеется Сафия.
Я чувствую, как к щекам подступает легкий румянец:
— Простите, я не планировала засыпать…
— Всё в порядке, Майра, — спокойно отзывается Виктор.
Завтрак проходит в невероятно тёплой, почти забытой мной семейной атмосфере. Перед выходом Элина мягко произносит:
— Майра, приходи к нам почаще. Сафия в тебе души не чает, а я давно не видела, чтобы она к кому-то так искренне тянулась.
— Спасибо… Я с радостью, — улыбаюсь я.
Мы с Виктором садимся в его машину. Проехав пару кварталов в тишине, я больше не могу сдерживать крутящиеся в голове вопросы:
— Почему вы сказали, что Сафия боится оставаться одна? — поворачиваюсь я к нему. — И почему вы так переживаете за меня?
Виктор хмурится, крепче сжимая руль. Напряженная пауза затягивается.
— Тренер, — настойчиво повторяю я. — Я серьёзно. Пожалуйста, скажите, что происходит.
Он тяжело выдыхает, сдаваясь:
— За тобой следят, Майра.
Сердце пробивает мощный удар:
— Что?..
— Я сначала думал, что это совпадение, — его голос звучит предельно глухо. — Но нет. Сначала я заметил ту подозрительную машину возле зала. Потом у твоего места подработки. А вчера вечером — совсем рядом с моим домом.
Следят. За мной.
Маттео. Это может быть только он.
Внутренности сковывает ледяным ужасом. Едва машина паркуется у бойцовского клуба, я, не слушая окликов Виктора, вылетаю из салона и несусь внутрь. Зал абсолютно пуст. Я вихрем врываюсь в свою комнату — и намертво замираю на пороге.
— Черт… — выдыхает вырвавшийся из легких воздух.
Комната разгромлена. Всё перевернуто вверх дном. Моя одежда скомканными кучами валяется на полу, ящик с экипировкой вывернут наизнанку, содержимое косметички ровным слоем рассыпано по ковру, а дверцы шкафа распахнуты настежь.
Под моими кедами со скрежетом хрустит сломанный пластиковый флакон и тонкая золотистая цепочка.
Кто-то вывернул мою конуру наизнанку. Кто-то искал здесь что-то конкретное. И этот кто-то подобрался ко мне вплотную.
Глава 9
Майра: Прошлое
После перенесенного шока я выхожу из фотокабинки, торопливо и судорожно поправляя наряд. Сердце в груди всё ещё бьётся неровно, со сбоями. Оглядываюсь по сторонам, пытаясь отыскать в этой суматохе Нэль или парней, но среди бушующей толпы все вокруг в масках и одинаковых безумных костюмах — глаза просто разбегаются. Музыка оглушительно гремит, яркие вспышки света и взрывы смеха сливаются в один неконтролируемый хаос.
Я делаю осторожный шаг вперёд — и вдруг жестко ощущаю, как к моему животу снизу прижимается что-то прямое и ледяное.
Нож.
— Тихо, — выдыхает незнакомец сзади прямо мне в раковину уха. — Пойдёшь со мной. Без глупостей и криков.
Меня грубо и наотмашь заталкивают в темноту стоящей на задворках парка машины. Дверь со стуком хлопает — и я моментально осознаю, что выскочить обратно уже не успею. В салоне двое неизвестных мне мужиков. Вонючий запах дешевого алкоголя и сигаретного дыма режет горло, воздух вокруг становится тяжелым, словно в капкане.
Сидящий на переднем сиденье оборачивается и с мерзким оскалом ухмыляется. Его глаза мутные, налитые злым, пьяным удовольствием.
— Сегодня у нас реально отличный улов, — бросает он, и остальные взрываются похабным хохотом.
Я отчаянно жмусь к дверной карте, чувствуя, как мелко и неудержимо подрагивают ладони.
— Отпустите… пожалуйста… — выдыхаю я, но мой жалкий голос напрочь теряется под их громким смехом.
Кто-то из них больно сжимает мою руку, второй фривольно касается обнаженного бедра. Я в ужасе отталкиваю его, бью кулаками по сухим пальцам, яростно царапаюсь, но они будто вообще не ощущают моих ударов.