— Мам, — произношу я, стараясь звучать как можно непринужденнее, — когда я смогу окончательно переехать в квартиру?
Его вид с этими блядскими следами лишь усиливает моё желание убраться отсюда на край света.
Лоренцо откидывается на спинку кресла и тепло улыбается:
— Не торопись так, Майра. Мы с твоей мамой как раз планировали уехать на пару дней за город, отдохнуть. Поехали с нами?
— У меня учеба на носу, в следующий раз, — улыбаюсь я в ответ, ощущая, как привычная мысль о переезде греет душу.
— Маттео, может, ты тоже присоединишься к нам? — мама поворачивается к нему с мягким ожиданием в голосе.
Он отрывает взгляд от моего лица, на секунду медлит, а затем сдержанно отвечает:
— Нет, у меня важные дела в городе. Вам хорошего отдыха.
Голос прозвучал абсолютно ровно, но в нем проскользнуло что-то, что остро резануло звенящую тишину. Его темный взгляд тут же вернулся ко мне — тяжелый, словно прямой приказ.
Я ловлю этот взгляд и неожиданно для себя меняю решение.
— Знаете что, — произношу я с легкой усмешкой, — я, пожалуй, поеду с вами. Небольшой отдых мне точно не помешает.
Мама буквально светится от радости и тепло обнимает меня за плечи:
— Это просто прекрасно, милая! После завтрака собирай вещи, вечером выезжаем.
К вечеру мы трогаемся в путь. Дорога предстоит длинная, около пяти часов, и тянется она словно вечность. Мама с Лоренцо спокойно обсуждают семейные мелочи, а я надеваю наушники и прижимаюсь лбом к прохладному боковому стеклу. Музыка играет лишь фоном, а мысли все равно упрямо скользят туда, где их быть не должно: вспышками перед глазами встают его руки, калящий взгляд, стойкий запах парфюма. Я раздражённо выдыхаю и щелкаю следующий трек.
За окном стремительно темнеет, яркие фары встречных машин вспыхивают и гаснут.
Загородный отель оказывается куда роскошнее, чем я предполагала: ослепительно белый фасад, широкие мраморные ступени, в холле пахнет дорогой древесиной и свежим кофе. Персонал встречает Лоренцо с подчеркнутым почтением — выясняется, что этот отельный комплекс принадлежит ему.
Мой номер оказывается просторным, с огромным панорамным окном и видом на тёмный сад. Я опускаю чемодан на пол, защёлкиваю замок и сажусь у окна, наблюдая, как за стеклом начинается мелкий дождь. Я поехала сюда вовсе не ради отдыха. Я просто не хотела оставаться в одном доме с Маттео.
Утро приходит тихо. Сквозь щель штор пробивается мягкий свет.
— Майра, — мама осторожно стучит и слегка приоткрывает дверь. — Мы с Лоренцо хотим прогуляться по набережной. Воздух просто чудесный, пойдёшь с нами?
Я поворачиваюсь на другой бок, глубже зарываясь лицом в мягкую подушку:
— Нет, мам, идите вдвоём. Я хочу ещё немного поспать.
— Хорошо, милая. Мы ненадолго. Позавтракай, когда встанешь.
Дверь бесшумно закрывается. Я окончательно просыпаюсь лишь ближе к обеду. Лениво встаю, быстро умываюсь, надеваю лёгкое сарафанное платье и спускаюсь на первый этаж.
После завтрака решаю немного пройтись по территории — просто подышать свежим воздухом. Но едва я переступаю порог лобби и выхожу на улицу, как за моей спиной тут же материализуются двое крепких мужчин из личной охраны Лоренцо. Они шагают бесшумно и синхронно, словно две тени.
— Я просто хочу прогуляться по саду, — говорю я, оборачиваясь.
— Мы обязаны сопровождать вас, мисс, — без единой эмоции отвечает один из них.
— В этом нет никакой необходимости, — раздражённо вздыхаю я.
— Простите, это прямой приказ господина Лоренцо.
Гнев вспыхивает во мне мгновенно. Я резко разворачиваюсь и шагаю обратно к лифтам, до боли сжав кулаки.
Когда мама и Лоренцо возвращаются с прогулки, я не выдерживаю и сразу высказываю им всё:
— Объясните мне, пожалуйста, зачем за мной по пятам ходит охрана?! Я просто вышла в сад, а за мной увязались два дюжих лба, будто я какая-то опасная заключённая!
Мама растерянно переводит взгляд на мужа. Лоренцо успокаивающе кладёт ладонь ей на руку и отвечает предельно спокойно, но твёрдо:
— Это даже не обсуждается, Майра. Вне дома сейчас небезопасно. Ты не будешь гулять одна.
— Я давно уже не ребёнок! — чеканю я с нажимом. — И я приехала сюда отдыхать, а не находиться под постоянным конвоем!
Он лишь сдержанно качает головой:
— Я несу полную ответственность за твоё благополучие. Если что-то случится — отвечать перед твоей матерью мне.
Я не желаю слушать дальше. Разворачиваюсь и ухожу к себе в номер. На нервах сажусь на край кровати, чувствуя, как внутри всё буквально клокочет от бессилия. Охрана, контроль, ограничения… Ни единой минуты свободы!