С утра выхожу в зал. Виктор, как всегда, встречает меня с привычной ледяной строгостью, но в его повадках сегодня проскальзывает скверно скрываемое напряжение.
— Майра, поезжай и забери Софию с танцев, — отрывисто бросает он, когда я заканчиваю очередную серию на лапах.
— Неужели сам Виктор решил, что его дочь должна танцевать, а не ломать кому-то челюсти? — усмехаюсь я, вытирая мокрый лоб полотенцем и подхватывая ключи от машины.
— Это пока, — коротко и отстраненно чеканит он.
— Кто бы сомневался, — фыркаю я через плечо и направляюсь к выходу.
Я сажусь в авто, завожу двигатель и неторопливо качу к студии. Паркуюсь у тротуара в ожидании девочки. Не успеваю побыть в тишине и пары минут, как пассажирская дверь без предупреждения со скрежетом распахивается. Я от неожиданности вздрагиваю всем телом. Эдгар быстро проскальзывает на сиденье и с глухим стуком захлопывает дверцу.
— Да вашу ж…! — выдыхаю я, прижимая ладонь к бешено заколотившемуся сердцу. — Вы что, за мной слежку установили?!
— Ты же не думала, что я просто так отступлюсь? — он смотрит на меня с ледяной, немигающей прямотой. — Я жду твоего решения.
— Вы сейчас серьёзно?
— Давай на «ты», Майра.
— Ты серьёзно?! — повторяю я, скрещивая руки на груди. — Чем я, по-твоему, должна тебе помочь? Я понятия не имею, где сейчас Маттео, чем он дышит и какие схемы прокручивает! И, честно говоря, искренне надеюсь, что больше никогда в этой жизни его не увижу.
— Послушай меня, Майра, — Эдгар подаётся чуть вперед, понижая тон. — Ты умная девчонка. И прекрасно понимаешь: взять его я смогу только через тебя.
— То есть я снова должна быть живой мишенью? — внутри мгновенно закипает глухая злость. — Да ни за что на свете!
— Тебе не придется с ним пересекаться. Просто дай мне его слабые места, его рычаги. Будь рядом на связи, а я всё сделаю сам.
— Оффф… — тяжело и раздражённо выдыхаю я, отворачиваясь.
— Ты ведь понимаешь, — вкрадчиво чеканит он, добивая, — что потеряла мать только из-за него и его отца. Они — абсолютное, выжигающее всё вокруг зло.
Сердце болезненно сжимается в узел, но я не позволяю себе выдать слабость. Внимательно смотрю на прохожих за стеклом, а затем медленно перевожу взгляд на него.
— Ладно. Я согласна. Но у меня будут жесткие условия.
— Я тебя внимательно слушаю.
— Ты не скрываешь от меня абсолютно ничего. Ни единого шага, ни планов, ни оперативных данных. Я сделаю всё, чтобы раз и навсегда стереть его из своей жизни и обрести свободу. Но ты обязан дать слово, что сдержишь обещанное.
Эдгар едва заметно улыбается уголками губ. Его взгляд остается сухим и проницательным.
— Обещаю, — роняет он.
— Тогда свободен. Мне нужно забирать ребенка.
— Я напишу тебе по защищенному каналу.
— Хорошо, — спокойно отзываюсь я, принципиально не глядя в его сторону.
Он выходит из салона, хлопает дверью и растворяется в потоке людей. Вдох. Выдох. Внутри всё на секунду замирает. В этот момент из дверей студии выбегает София, прощается с подругой и машет рукой.
Едва она дергает ручку, как из ее рта вырывается:
— Папа, почему… — София на полуслове замирает, видя меня за рулем, и тут же просияет: — Майра!
Она бурей влетает на заднее сиденье и сходу оказывается в моих объятиях.
— Привет, подружка, — я крепко сжимаю её в объятиях, вдыхая привычный детский запах ванили и сладкого шампуня.
— Я так по тебе соскучилась! — шепчет она, пряча нос у меня на плече.
— Я тоже, детка, — с искренней теплотой улыбаюсь я. — А давай устроим тайный заговор: сейчас поедем и съедим что-нибудь ужасно вкусное, потом немного погуляем… а папе про наш маленькое преступление — ни слова! — я шутливо поджимаю губы, изображая строгого надзирателя.
София звонко и искренне хохочет:
— Я так тебя люблю, Майра!
— И я тебя, малышка, — шепчу я, прижимая её ближе. — Куда сильнее, чем ты можешь себе представить.
Мы усаживаемся у панорамного окна в уютном кафе. Заказываем пышные вафли, мороженое и напитки: София выбирает яркий клубничный коктейль, я беру крепкий кофе. В какой-то момент смартфон в кармане начинает непрерывно вибрировать. На экране высвечивается цепочка сообщений от Дилана: «Где ты?», «Майра, отзовись», «Ответь».