— Джаред, ты сошел с ума… — прошептала она, но её руки сами потянулись к его плечам. Химия между ними вспыхнула, как разлитый бензин.
— Да, сошел, — выдохнул он прямо в её губы. — Я схожу с ума от того, как ты пахнешь, от того, как ты на меня смотришь…
Он не договорил. Он накрыл её рот властным, жадным поцелуем. Это не было нежностью — это была буря, копившаяся неделями. Джаред целовал её так, словно хотел выпить её душу, присвоить себе каждую клеточку её существа. Его язык требовательно ворвался в её рот, и Эмбер ответила с той же неистовой страстью, вплетая пальцы в его волосы и притягивая еще ближе.
Она чувствовала его тяжелое дыхание, его сильные руки, которые сминали ткань её кофты на спине. Это был поцелуй отчаяния и признания. Эмбер голова шла кругом — она ненавидела его, она боялась его, но сейчас она хотела только одного: чтобы этот момент длился вечно.
Джаред оторвался от её губ лишь на секунду, чтобы прошептать в самую шею:
— Больше никто не прикоснется к тебе. Никогда.
Глава 20.
Поцелуй в кабинете стал той искрой, которая подожгла пороховой погреб, копившийся неделями. Джаред подхватил Эмбер на руки, не разрывая контакта их губ, и она инстинктивно обхватила его талию ногами, чувствуя, как бешено стучит его сердце под ладонями.
В спальне горел лишь камин, отбрасывая на стены танцующие тени. Всё происходящее казалось сном — тягучим, жарким и невероятно правильным. Когда её спина коснулась шелковых простыней, а Джаред навис сверху, Эмбер на мгновение зажмурилась. Она знала, что этот человек — «Зверь», знала о его прошлом, но сейчас его руки, нежно исследующие её тело, были самыми надежными на свете.
Их близость была похожа на шторм: отчаянная, страстная, полная невысказанных слов. Каждое прикосновение Джареда обжигало, каждое его хриплое дыхание у её уха заставляло Эмбер забывать обо всём — о предательстве отца, о Викторе, о Мадриде. В эту ночь не было контрактов и долгов. Были только двое людей, нашедших друг друга посреди хаоса. Когда изнеможение наконец накрыло их, Джаред крепко прижал её к себе, укрывая одеялом, и Эмбер уснула, чувствуя его мерный пульс под щекой.
Утро ворвалось в комнату полосками золотистого света. Эмбер открыла глаза и увидела Джареда — он не ушел, как она опасалась. Он лежал рядом, подперев голову рукой, и просто смотрел на неё. Его взгляд был непривычно мягким, почти беззащитным.
— Доброе утро, — прошептал он, и его пальцы медленно очертили контур её плеча, вызывая приятную дрожь. — Ты выглядишь слишком мирной для женщины, которая живет в логове монстра.
Эмбер улыбнулась, потягиваясь под одеялом.
— Монстр сегодня подозрительно нежно шепчет.
Она приподнялась на локтях, и серьезность на мгновение вернулась в её взгляд. Мысли о вчерашнем разговоре снова начали крутиться в голове.
— Джаред, я всё думаю…Зачем твой отец, ну, тот, который тебя усыновил, хранил эти бумаги у себя столько лет? Если они принадлежали моей матери, зачем они были ему нужны?
Джаред вздохнул, перебирая её волосы.
— Мой приемный отец был коллекционером не только искусства, но и рычагов давления, Эмбер. Он знал, что Виктор — скользкий тип. Храня документы на наследство твоей матери у себя, он держал Виктора на коротком поводке. Это была его страховка. Если бы Виктор попытался пойти против семьи Блэкворт, мой отец просто передал бы эти бумаги властям или тебе, уничтожив все планы Вальдеса на легализацию денег. Он не отдавал их твоему отцу, потому что знал: Томас тут же их пропьет или проиграет.
— Значит, папа ждал его смерти, чтобы добраться до сейфа? — Эмбер горько усмехнулась.
— Да. Но он не учел, что сейф достанется мне по наследству, — Джаред наклонился и нежно поцеловал её в кончик носа. — Больше никаких вопросов о бизнесе в постели, ладно? Ты пахнешь ванилью и дождем, и это единственное, что меня сейчас волнует.
Он притянул её ближе, и его губы начали медленный путь от её виска к шее. Эмбер тихо засмеялась, зарываясь пальцами в его темные волосы.
— Ты такой ласковый…
— Для тебя я буду кем угодно, куколка, — прошептал он ей в ключицу.
В этот идиллический момент дверь спальни распахнулась без малейшего предупреждения.
— О-о-о! Мои глаза! Моя невинность! — Маркус стоял на пороге с подносом, на котором дымились чашки и лежали круассаны. — Джаред, я, конечно, знал, что ты парень решительный, но не думал, что «обсуждение документов» закончится так… живописно.
Джаред мгновенно накрыл Эмбер одеялом до самого подбородка и обернулся к брату с таким взглядом, что Маркус невольно сделал шаг назад.