Дверь кабинета захлопнулась с тяжелым, глухим звуком. Джаред прошел к бару, сорвал галстук-бабочку и расстегнул верхние пуговицы рубашки. Он налил себе виски — двойную порцию — и выпил залпом, даже не поморщившись.
— Сними это, — не оборачиваясь, приказал он. Его голос был хриплым и низким.
Эмбер замерла, её сердце пропустило удар.
— Что?
Джаред медленно повернулся. В тусклом свете настольной лампы его глаза казались черными провалами.
— Колье, Эмбер. Сними колье. Оно тебе не принадлежит. Оно принадлежит моей семье уже сто лет, и ни одна женщина в моем роду не пыталась сбежать в нем через задний двор, как дешевая воровка.
Эмбер почувствовала, как щеки вспыхнули от унижения. Её пальцы взметнулись к шее, но застежка была слишком сложной, а руки дрожали так сильно, что она только бессмысленно ковыряла металл.
— Я не могу… заклинило, — прошептала она, борясь с подступающими слезами.
Джаред поставил стакан и начал медленно приближаться. Каждый его шаг отдавался гулким эхом в её голове. Он подошел вплотную, и Эмбер инстинктивно втянула голову в плечи.
— Повернись, — скомандовал он.
Она послушалась, подставив ему открытую спину. Она чувствовала жар, исходящий от его тела. Когда его холодные пальцы коснулись её кожи, Эмбер вздрогнула и прикусила губу, чтобы не вскрикнуть. Его прикосновения были уверенными и точными, но он не торопился. Он намеренно медлил, обжигая её своим дыханием.
— Ты думаешь, я не понимаю, почему ты это сделала? — негромко спросил он прямо ей в затылок. — Ты хотела проверить мои границы. Хотела увидеть, как далеко я позволю тебе зайти.
— Я просто хотела домой, — выдохнула она, закрыв глаза. — В настоящий дом. Где нет охраны и… тебя.
Замок щелкнул. Джаред снял тяжелое колье, но не отошел. Напротив, он положил руки ей на плечи, удерживая на месте.
— Твой дом здесь, Эмбер Лоуренс. Рядом со мной. И чем быстрее ты это примешь, тем меньше шрамов у тебя останется.
Он развернул её к себе. Колье теперь висело в его пальцах, поблескивая камнями. Джаред смотрел на неё сверху вниз, и в его взгляде больше не было льда. Там была темная, густая страсть, которую он больше не считал нужным скрывать за маской вежливости.
— Ты сегодня была великолепна, — вдруг сказал он, и это признание прозвучало как приговор. — Каждый мужчина в том зале хотел тебя. Каждая женщина завидовала. И ни один из них не знал, что под этим платьем скрывается маленькая, перепуганная девчонка, которая готова прыгнуть в бездну, лишь бы не быть моей.
Он наклонился ближе, и Эмбер почувствовала запах виски и дорогого табака. Её дыхание перехватило.
— Знаешь, о чем я думал весь вечер, пока ты улыбалась этим идиотам? — он провел колье по её щеке, холодные изумруды царапнули кожу. — О том, как сильно я хочу сорвать с тебя этот шелк и напомнить, кому ты дала клятву.
Эмбер толкнула его в грудь, как в прошлый раз, но на этот раз Джаред даже не шелохнулся. Он перехватил её запястья одной рукой и прижал их к её же животу, фиксируя на месте.
— Отпусти! — прошипела она, глядя на него с вызовом. — Ты обещал! Ты сказал, что не тронешь меня!
— Я сказал, что не трону тебя той ночью, — его голос стал вибрирующим, опасным. — Но ты сегодня нарушила наше главное правило, Эмбер. Ты попыталась уйти. А за каждое нарушение… — он сделал паузу, его глаза вспыхнули — …нужно платить.
Он не поцеловал её. Он просто прижался своим лбом к её лбу, заставляя её вдыхать один и тот же воздух. Это было интимнее и страшнее любого поцелуя. Эмбер чувствовала, как её воля тает, как гнев превращается в какое-то странное, пугающее влечение к этому человеку-зверю.
— Иди в свою комнату, — вдруг резко сказал он, отпуская её руки и отступая. — Пока я не передумал и не заставил тебя отрабатывать твой долг прямо здесь, на этом столе.
Эмбер не нужно было повторять дважды. Она подхватила юбки и бросилась к двери. Уже на пороге она обернулась. Джаред снова стоял у бара, наливая себе виски. Его спина была напряжена, как струна.
— Я ненавижу тебя, Джаред Блэкворт, — выдохнула она.
Он не обернулся. Только его плечи слегка дрогнули.
— Знаю, куколка. Это единственное, что в тебе остается неизменным. Иди.
Эмбер бежала по темным коридорам, чувствуя, как на шее всё еще горит след от его пальцев.
Глава 8.
Ночь в особняке Блэкворта не приносила покоя. Эмбер лежала на огромной кровати, свернувшись калачиком, и смотрела на то то, как лунный свет рисует на ковре причудливые, ломаные тени. Изумрудное платье, брошенное на кресло, в темноте казалось пятном запекшейся крови.