Я вновь резко наклонился, чтобы зачерпнуть воды, и в ту же секунду стрела пронеслась там, где только что была моя голова. Я вскочил и, сгустив воздух вокруг пальцев, приготовился ответить на любую атаку, но сколько я ни вглядывался в сумрак мрачного хвойного леса, что окружал меня, так никого и не увидел. Тот, кто покушался на меня, был слишком умен, чтобы попробовать сделать это еще раз сразу же. Эффект неожиданности был утрачен, и несостоявшийся убийца предпочел временно отступить.
Немного успокоившись, я подошел к дереву, в котором засела миновавшая меня стрела, и вырвал ее, чтобы изучить получше. Синее древко. Такие стрелы были у эльфов в моем отряде. И кто-то из них секунду назад пытался меня убить. Предполагать, что это какие-то местные разборки, что я кому-то не угодил своим поведением или формой носа, наивно и смешно. Я не хотел верить, но вывод из произошедшего можно было сделать лишь один: мой брат Тирв решил, что позволять мне жить дальше слишком опасно. Теперь стала понятна и эта странная ссылка на границу. Здесь расправиться со мной, списав все на происки, например, тех же самых эльфов Великого Леса, к числу которых принадлежала Альдэ, значительно проще. Значит, охота открыта…
Я передернул плечами и пошел в сторону лагеря. Надо убираться куда-нибудь, где меня не будет пытаться убить каждый второй. Но чтобы сделать это, мне нужна помощь, а я знаю только одно существо, у которого нет политических планов на меня.
Альдэ.
Перед глазами мелькнуло видение — моя пленница, держащая руки у груди, в упор глядя на меня. Потом неожиданно вспомнилось другое: её тело подо мной — напряжённое, сжавшееся, будто в ожидании боли. Я хмыкнул и пожал плечами. «Мне нет дела до её желаний, главное — чтобы выполняла мои», — напомнил я себе, при этом прекрасно понимая, что, по меньшей мере, лукавлю. Врать самому себе я не умел.
Альдэ
Когда я вернулась в лагерь, там царила суета. Везде сновали солдаты. Многие собирались в дорогу, но Вельда это явно не волновало. Он сидел на камне у шатра и смотрел в пустоту, явно пребывая в глубокой задумчивости. Я подошла ближе и остановилась, размышляя, какова будет его реакция на меня после того, что он случайно увидел. Вельд глянул на меня и изобразил равнодушие. Я усмехнулась. Он вёл себя как ни в чём не бывало, но его пальцы, нервно перебиравшие край плаща, выдавали его с головой. Мне удалось его смутить. Конечно, у меня и в мыслях не было устраивать специальное представление. Но раз уж он решил посмотреть, то жаль, что не остался до конца. Может, наконец понял бы, чего я от него жду.
Тем временем пограничники продолжали сборы. Некоторые из них косились на нас, вот только не знаю, на кого больше — на меня или на Вельда. Я уже поняла, что в лагере его боялись, но не была уверена, что его влияние настолько сильно, чтобы обеспечить и мою безопасность. Без доспеха я чувствовала себя непривычно слабой. Даже подумала, не попытаться ли уговорить Вельда вернуть его мне, но отбросила эту мысль. Он все равно не согласится. В его взгляде по-прежнему слишком много недоверия.
Вельд встал и отряхнул плащ от налипшего снега.
— Идём, — он взял меня за локоть и повёл к краю стоянки.
Минуя сожженные деревья, мы вышли к Великой Реке и остановились. Вельд смотрел на юг, туда, где остров расположился в водах Дур Маур, и над берегом вздымались стены древнего замка.
Замок издалека выглядел угрюмым, холодным и настороженным. Стены были практически глухими: всего парочка окон смотрела на речной простор. Углы венчали пирамидальные башенки, выполнявшие роль сторожевых вышек. Ворота в замок прятались между главными башнями, устроенными в основании двадцатиметровой гладкой стены: суровой и неприступной.
Мы знали народ, живущий там, как туат Совы. Они торговали с нами чаще других лунных и сами сторонились сородичей.
— Видишь, что там? — спросил Вельд.
Я кивнула.
— Вчера я посылал туда сокола. Анхельм должен был отнести письмо, но вернулся ни с чем — послание не достигло адресата.
— Это разозлило тебя? — догадалась я. — Но расстояние дальнее. Птица могла не долететь.
— Анхельм — не простая птица. По моему приказу он будет лететь день и ночь, чтобы добраться до цели.
Я удивлённо посмотрела на Вельда.
— Он твой тер-кан?
— Тар… — Вельд запнулся и помотал головой. — Я не знаю, что ещё за как-его-там. Анхельма мне подарила мать, когда я родился.