Он не видел ее глаз, но почему-то был уверен, что она смотрит при этом даже не на него, а куда-то в пространство. Эмир Керканда прищурился.
- Откуда ты родом, ханша Алия?
Вот сейчас ему показалось, что он уловил блеск светлых глаз под накидкой. Она проговорила на ломаном:
- Я издалека.
Что-то было в ней... Мужчина здорово пожалел, что не видит ее лица.
- Я могу поселить тебя в своем гареме, как супругу хана, - начал он со значением. - А могу выделить отдельные покои, как гостю или посланнику.
- Благодарю, эмир Микдад. Я предпочту отдельные покои, - быстро ответила женщина.
Это задело эмира. Второй раз уже у него за этот разговор возникла мысль, а понимает ли она вообще свое положение? Потому и сказал немного резче, чем следовало:
- В моем гареме ты была бы окружена роскошью, достойной супруги хана. Оставшись простой гостьей, ты будешь прозябать.
Вместо того чтобы понять, чего лишается, и одуматься, она проговорила:
- Это ненадолго. Мой муж скоро придет за мной.
Хотелось сказать: «Не обольщайся, хан ургурцев и китданов не придет за тобой. Для него ты хуже мертвой, и твоя жизнь теперь здесь».
Однако эмир кивнул:
- Да будет так.
Хлопнул в ладоши, вызывая визиря. Как только тот появился, приказал:
- Разместить ханшу Алию в гостевых покоях.
Визирь покосился на женщину, однако же ничем больше не выдал своего удивления при господине и повелителе. Молча поклонился и знаком показал гостье следовать за ним.
Эмир провожал женщину пристальным взглядом до тех пор, пока она не скрылась за резной дверью. А после приказал привести к нему Джейдэ.
***
Вождь даулетов явился быстро, что было неудивительно, ведь он ждал в соседнем помещении. Конечно, Джейдэ не был ровней великому эмиру Керканда, однако Микдад осознавал, что даулет мог быть ему весьма полезен.
В том числе и тем, что мог сообщить ценные сведения.
Но выдать сразу свой интерес было бы неправильно. Потому эмир завел разговор о другом.
- Насколько мне известно, у ургурцев правителем был Угэ-хан? - как бы невзначай проговорил он, прохаживаясь по залу. - Ты ведь воевал с ним?
Старого хана он неплохо знал, видел несколько раз. А главное, эмир Керканда знал, чего от Угэ ждать.
- Все верно, великий эмир, - почтительно склонил голову Джейдэ.
Микдад выдохнул, отворачиваясь. Даулет хитрил и не спешил выкладывать то, что его интересовало.
- Теперь у ургурцев ханом Тэмир?
- Так и есть. Когда Угэ-хан умер, Тэмира провозгласило ханом войско.
«Хмммм», - протянул про себя Микдад.
Он действительно вспомнил, что-то такое болтали караванщики. Эмир еще раз прошелся по залу, заложив руки за спину. Джейдэ стоял на месте и следил за ним взглядом. Микдад подумал, что глаза у степняка слишком проницательные, а вслух спросил:
- Ты говорил, что нашел ханшу в затруднительном положении?
- Да, ханшу похитили, я помог ей спастись.
«Но не вернул мужу, а привез ко мне сюда», - подумал эмир.
Да и зачем было везти ее к мужу, пронеслось у него в голове, хан бы все равно ее не принял. Мало ли в чьих руках она побывала и что с ней могли сделать похитители.
- Благодарю тебя, великий эмир, что согласился принять ханшу Алию гостьей, - продолжал Джейдэ. - Под твоей защитой она будет в безопасности до тех пор, пока за ней явятся муж.
Эмир был уверен в обратном, однако милостиво кивнул.
- Хорошо, что ты пришел с этим ко мне, - проговорил Микдад. - Мы всегда готовы оказать помощь благородному соседу, особенно в таком важном деле.
И дал понять вождю даулетов, что его время истекло.
***
Степняк ушел, а эмир еще некоторое время размышлял. Женщина заинтересовала его своей необычностью, но он обещал ей покровительство и даже готов был некоторое время поиграть в благородство.
Наконец явился визирь с докладом.
- Государь, я поместил ханшу Алию в свободных гостевых покоях левого крыла. Приставил к ней двух служанок и распорядился подавать обед.
Эмир удовлетворенно кивнул. Визирь не зря уточнил, что поместил гостью в левом крыле. В левом крыле помещали иноземных гостей и посланников. И за ними всегда велось скрытое наблюдение. Если бы он хотел, повелел бы переместить женщину в другие покои. Но он не хотел.
- Ты видел ее? - спросил эмир.
Визирь вскинул на него взгляд, но тут же склонился снова:
- Нет, государь. При мне ханым не снимала покрывало.
Микдад прищурился и провел холеными пальцами от усов к бороде и сказал:
- Пойдем, я хочу видеть ее.