— Какая тебе разница? — спокойно спросил он. — Чем это тебя коснется? Пойми, что для тебя жизнь никак не изменится: обанкротится твой отец или нет, ты от этого не выиграешь и не проиграешь. Для тебя ничего не изменится.
— Изменятся отношения, — ответила я. — Между мной и тобой. Между мной и папой. Я ведь доверяю тебе. Не хочу, но доверяю. А ты как будто хочешь лишить меня всего, кроме себя самого, и то я не знаю на какое время. Через сколько тебе со мной станет скучно? Через сколько ты со мной расправишься так же, как расправляешься сейчас с моим папой?
— Милен, хватит! — он все еще был внешне спокоен, но его железные объятья говорили о том, что Эрих рассердился. — Я защищаю тебя. Когда ты пришла ко мне, то я в первый же день тебя раскусил. Я понял кто ты и как тобой манипулировал отец. Я раскрыл тебе правду. Тебе было больно. Я не хочу снова доводить тебя до слез. Ты не заслуживаешь этого. И самое важное: тебя не касаются эти проблемы. Отец навешивает их на тебя. Твое чувство долга навешивает их на тебя. Но это не твои проблемы, пойми! Я не хочу, чтобы ты в это все вовлекалась. Потому что потом тебе будет очень больно, и ты снова будешь плакать.
— Я справлюсь! — рыкнула я, не желая соглашаться с Эрихом. — Расскажи мне все! Не думаю, что мой отец совершил что-то еще по значению такое же огромное как легенда о моей болезни. И даже если это не легенда, то мне не будет больно. Я давно привыкла к этому. Так что расскажи! Что такого страшного я не должна знать о своем отце?
Эрих тяжело выдохнул и чуть крепче сжал мне плечи.
— Я расскажу, — согласился он. — Пусть лучше ты это узнаешь от меня, чем от него в искаженном виде. Я не обману тебя, даже зная, что тебе будет неприятно от этого. Я попрошу тебя только об одном: выдохни. Сейчас убери все привязанности и ко мне, и к своему отцу. Постарайся все услышать трезвой головой. Обещаешь?
— Да, — тихо ответила я.
— Тогда давай я тебя одену? — предложил он. — Пока ты совсем голенькая в одеяле мне очень тяжело сосредоточиться.
Я выдохнула и улыбнулась. Это высказывание сработало на меня расслабляюще. Мне захотелось поверить Эриху, что бы он ни сказал. И очень захотелось поверить в то, что он действительно дорожит моими чувствами.
— Вот это тебе подойдет, — Эрих взял с полки свою футболку и передал мне. — И надеюсь у тебя есть второй комплект белья? С прошлым мы этой ночью не сошлись характерами.
Я во второй раз улыбнулась и кивнула Эриху, а затем взяла все, что нужно и убежала в ванную.
Через пару минут я вышла и нырнула в постель к моему боссу, а затем приготовилась слушать…
Глава 38
— Милена, — Эрих взял меня за руки, когда мы вновь заговорили. Мы опять были в его постели, но уже одетые и серьезные. — Я расскажу тебе всю правду. Я не стану от тебя скрывать что-либо просто потому, чтобы спустя какое-то время ты не усомнилась в моих словах.
Я кивнула и приготовилась к неприятному разговору.
— Я знаю твоего отца и знал его раньше, — начал он. — Однажды у нас уже был крупный конфликт, который привел его к падению. Я всегда веду свои дела очень жестко. Я не держу нейтралитет. Любой из моих конкурентов либо превращается в лебезящую крысу и так или иначе служит мне, либо я бросаю его за борт. Так вот в первый раз твой отец выбрал второй вариант, поэтому весьма быстро все потерял. Отвечу заранее: нет, он особо мне не мешал и я не боялся, что его компания станет крупнее и престижнее моей. Это просто мой метод ведения бизнеса. Мне становится скучно, когда я заглушаю в себе эту кровожадность. А скука — это равно уход с позиций и как следствие потеря престижа. В общем, любой человек либо пресмыкается подо мной, но находится рядом, либо отправляется пинком под зад куда подальше.
Я тяжело вздохнула.
В целом это было для меня не новостью, и как ни странно, но я не осуждала Эриха за это.
— Когда твой отец поднялся и упрямо появился у меня на горизонте во второй раз, то он явно подготовился, — продолжал Эрих. — Он пришел ко мне и попытался договориться, но я озвучил ему прежние условия. Он пытался как-то их переиначить, но мне это было неинтересно. Тогда твой отец все же решился выбрать первый вариант. В целом я его понимаю. Он не проявил слабоволие. Твой отец действительно уже не молод, и в третий раз подняться у него уже вряд ли получится. К тому же по многим бизнес моментам он существенно стал сдавать. Стал плохо ориентироваться во всем новом, так что он бы только выиграл, если бы его компания в итоге стала каким-нибудь ответвлением моей компании.
Эрих гладил меня по руке, словно пытался смягчить неприятный разговор, но я пока не видела особо ничего неприятного.
— Да, твой отец бы выиграл, но я все равно не сильно был заинтересован в слиянии наших компаний, — снова заговорил Эрих. — Мои планы по расширению вполне четкие и конкретные. Я расширяюсь и без поглощений. Тогда твой отец предложил мне кое-что еще «в довесок» — он сам так выразился.
— Что? — спросила я, так как Эрих замолчал.
— Тебя, — ответил он. — Он предложил мне тебя. В качестве кого угодно. Он рассказал мне что ты послушная, исполнительная, немногословная, с холодным умом. Что ты можешь работать у меня как в офисе, так и в постели. Бесплатно и круглосуточно. Он даже сказал мне, что ты девственница, и он готов показать мне справку. Это все его слова, Милена. Он предложил мне тебя в качестве закуски, не знаю, например, коробки конфет, чтобы я подобрел и немного изменил свое решение в его пользу.
У меня задрожала челюсть, а на глаза навернулись слезы.
Нет, я не верю. Этого не может быть! Мой папа так бы со мной не поступил!
— Милена, — Эрих обхватил мое лицо ладонями и согрел меня свои дыханием, — я знаю тебе очень больно. Но я с тобой. У меня ты можешь найти защиту. Иди ко мне.
Он притянул меня к себе и крепко обнял. Я же прижалась лбом к его шее и продолжила слушать, сквозь собственные всхлипывания.