— У тебя тоже не все просто с Храмом? — спросил я. — Тебе зажали повышение? Тебя ведь обещали сделать Светоносным Паладином или как-то так?
Мишель поморщился.
— Вроде того. Пытаются затолкать меня в Посвященные — чтобы сидел безвылазно в столице, а не мотался везде.
— С чего вдруг? — удивился я. — Ты же человек на своем месте!
— Ну вот кое-кто считает, что меня можно пристроить и поудачнее. И главное, сам король… Ладно, это мои дела, тут ты ничем не можешь мне помочь при всем желании, — он коснулся моего плеча. — Но спасибо за участие, Рей!
У меня уже была заготовлена фраза в духе «Пригрози им, что если ты не сможешь нанимать Кэтрин, то она им все разнесет!» — но я вовремя ее проглотил. Потому что, возможно, именно с этим и было связано затравленное выражение в глазах моего друга! Их с Кэтрин многолетний (как бы не длинною в жизнь!) роман, кажется, находился в более-менее устойчивом равновесии, и если Мишель не сможет больше «легально» мотаться с нею по дорогам, выполняя задания Храма, то кто знает, как у них все повернется! Кэтрин явно не готова осесть в столице вместе с ним и играть роль жены добропорядочного государственного чиновника.
Посвященный Гил ожидал нас в одном из покоев черного замка — кстати, весьма неплохо отделанном и обставленном помещении! Идеально гладкие стены, мебель, словно вырастающая из них… Да уж, этот Арнольд Карас или как его там знал толк в интерьерах! Пожалуй, дизайнером или архитектором ему и стоило работать. А то подался, понимаешь, в темные властелины — и закономерно заработал на этой нервной работе несварение желудка: сложно переварить несколько дюймов закаленной стали. Что ж, паладины Света известны своими целительскими возможностями!
(Да, я несколько ерничал, поскольку заочно испытывал крайне негативные чувства к бывшему хозяину замка — и за его роль в геноциде местного населения, и за его участие в измывательствах над Мириэль. Собственно, жалел я только об одном: что его уложил Мишель, а не я.)
Сейчас на монументальном каменном столе было разложено множество бумажных журналов почти привычного мне вида: какие-то такие я успел застать в раннем детстве в советских учреждениях — даже картонные обложки были похожи! А за столом сидел благообразный пожилой господин с совершенно белыми волосами и бородой — тоже адепт Света, к гадалке не ходи.
— Посвященный Гил, — сказал Мишель. — Рад представить вам Избранника богини Любви Андрея Вяза. И с ним три из пяти его жен: рыцарь Ханна Брейдау, мессира Рагна Брейдау и госпожа Мириэль Аннирикей.
— А, свежеиспеченный барон! — с улыбкой проговорил Посвященный, поднимаясь из-за стола и осеняя меня благословением (язычок белого света вспыхнул у него на ладони и слетел в нашу сторону, истаяв на полдороге). — Поздравляю с новым титулом!
— Вы знаете больше, чем я.
— Король даровал тебе титул и земли, — пояснил Мишель. — И какую-то небольшую сумму золотом, я не спрашивал. Вместо тех двух тысяч золотых, что ты запросил дополнительным гонораром.
Ого, целое баронство! Щедро, однако. Не ожидал от казны. Но…
— Благодарим его величество! — сухо сказала Ханна. — И как далеко на севере расположено это баронство от столицы?
— На северо-западе, — вздохнул Мишель. — Ты угадала, Ханна. Обширные, но, скажем так, мало используемые земли, заселенные в основном нечистью. Номинально они действительно стоят две тысячи золотых и даже больше — его величество был щедр и вам, конечно, стоит его поблагодарить.
Мне захотелось выругаться. Впрочем, что-то подобное я и предполагал. Ни у нас, ни у Мишеля не было мохнатой лапы при дворе, чтобы побороться за наши интересы — а ясно же, что исполнителям и главным застрельщикам всегда достается хрен да маленько! Ладно, зато титул дали. Здесь, в сословном обществе, это немаловажное обстоятельство. Плюс еще доля из того, что найдено в замке… А, судя по усталому виду Мишеля, найдено не так мало, иначе он бы не занимался дележкой всю ночь!
— Я тоже благодарю короля! — сказал я самым бодрым и бравым тоном, который мог из себя выжать. — Надеюсь, что в кратчайшие сроки сумею сделать эти земли плодородными и прибыльными!
Брови Мишеля взлетели вверх, но он промолчал. А вот Посвященный Гил улыбнулся.
— Мне нравится ваш оптимизм, Избранник Любви! Паладин Мишель уже рассказал о вашей роли во всем этом предприятии — похоже, богиня Любви в этот раз сделала особенно удачный выбор. Я также рад познакомиться с вами, уважаемые дамы, — он коротко поклонился Рагне и Ханне, подчеркнуто обойдя эльфийку. — Однако личность вашей третьей… э-э-э… супруги вызывает у меня некоторые вопросы. И, боюсь, они возникнут не только у меня!