Габриэль кивнул.
— Я уже давно пересмотрел свое отношение к ней. Когда узнал, как она осторожно, филигранно вела себя во время боя с Темным властелином. Ни одной прямой смерти от ее собственной магии! Поразительная сдержанность для некроманта. Отличное владение собой. Увы, первое впечатление не исправить.
— А теперь вы недооцениваете ее великодушие, — улыбнулся я. — Просто попробуйте общаться с ней дружелюбнее — и сами увидите.
— А теперь это будет выглядеть, как будто мое спасение важнее для меня, чем следование принципам…
— По-моему, вы надумываете.
Старый рыцарь покачал головой с грустной улыбкой — мол, эх, юноша, не понимает, о чем я говорю, ложечки можно найти сто раз, а осадочек все равно останется! Но я стоял на своем. Рагна действительно куда великодушней и проницательнее большинства знакомых мне людей. Если кто и способен принять искренние извинения и отличить их от лести, вызванной желанием подлизаться к хорошему врачу, то именно она.
В общем, пока я решил спустить это дело на тормозах и позволить этим двоим еще потанцевать друг вокруг друга, так как их манера общаться буквально не давала обоим поговорить по душам. Нашла коса на камень! Я решил, что вмешаюсь, если месяц спустя они так и будут холодно-любезно расшаркиваться.
Так дела наши шли примерно с неделю — Габриэль обживался, знакомился с людьми и хозяйством, зелень росла, цвела и зрела, ребенок, согласно наблюдениям Рагны, тоже благополучно развивался… а потом Мириэль пришла ко мне с просьбой.
— Андрей… я знаю, что это глупо, но у меня сердце не на месте! Пожалуйста, попробуй спросить богиню Любви, правда ли она тебя так благословляла? Или… — Мириэль закусила губу.
— Или что? — с удивлением спросил я. — Главное, что ребенок растет, какая разница, почему он появился?
— А вдруг это биологические опыты Синдикатов? — прошептала Мириэль. — Я… не могу на сто процентов поручиться, что они никак не изменили мое тело!
…Вот уж не было печали.
Глава 16
Достучаться до богини
С ткацким станком получилась неожиданная история. Меня немного взяла оторопь, когда Габриэль решил захватить его с собой, но — каких только сентиментальных вещей люди не делают из-за привязанности к умершим? Не хочет расставаться с любимой вещью своей супруги — раз есть такая возможность, пусть берет.
Но это оказалась не вещь жены Габриэля, а его собственная вещь! В смысле, их общая.
— История, которую лет пятьдесят назад я бы счел ущербом для моего рыцарского достоинства, а теперь, напротив, горжусь, — усмехаясь, рассказывал старый воин. — Случилось так, что мне в бою чуть было не отрубили ноги. Королевский маг — отличный был товарищ, жаль, погиб спустя пару лет — приживил их обратно без труда, ибо отлично владел силами Природы. Но в деле использовались чернокнижные артефакты, чье воздействие нужно было вывести из самих костей. И мой целитель запретил мне любые активные движения и даже ходьбу почти на месяц! Я адски скучал в своем поместье, но моя любезная супруга — а мы тогда уже больше десяти лет были женаты — предложила мне воспользоваться ее ткацким станком, чтобы развлечься. Что было делать? Я согласился, но взял с нее слово никому об этом не рассказывать, даже детям, и запирать весь этаж, пока я этим занимался!
— И понравилось? — спросил я.
— Сперва разозлило монотонностью и обилием мелких подготовительных работ. Натянуть то, закрепить это… Но скука изо дня в день не становилась легче, книг у нас тогда было мало… иными словами, я взялся за это занятие с мыслью, что покорю его во что бы то ни стало! И покорил, — усмехнулся Габриэль. — Да так покорил, что иной раз спорил с моей Аделью, кому работать за станком! Это, кстати, не тот. Тот был попроще, а на этом можно ткать сразу широкую полосу ткани, а его конструкция прощает и неопытную руку, и мелкие ошибки. Я его выписал из другого мира пятнадцать лет назад, через старого знакомого, специально чтобы положить конец спорам… Но Адели он тоже понравился больше того, что был у нас прежде! Так что второй стоял заброшенный.
Я расхохотался.
— Типично!
— Вот-вот, — кивнул рыцарь.
И, оказывается, он прихватил его сюда к нам не только чтобы заниматься любимым хобби. А чтобы масштабировать!
То есть Габриэль, конечно, употребил другие слова, но суть была именно та. Причем, несмотря на его натянутые — точнее, непроясненные — отношения с Рагной, он уже успел обсудить с ней суть своей идеи!
— Как я уже сказал, эта конструкция прощает неопытную руку, — сказал он. — Самое сложное, что тут есть — натягивание ниток и подготовка…