Сначала херней занимаешься, сына, а потом, когда она бабки приносит неплохие, то моментально из паршивой овцы в гордость семьи превращаешься.
Жаль, с моей матушкой подобное точно не прокатит.
В наушниках продолжаю слушать ледяной тембр Сокола, держа смартфон в левой руке.
Без особых трудностей передвигаюсь по заполненным студентами коридорам. Все расступаются передо мной, освобождая дорогу и прижимаясь к стенам.
Маленькие привилегии негласного короля универа.
Чтобы попасть на лекцию по бессмысленной философии, нужно выйти из основного здания, пересечь огромный спортивный стадион с зрительскими трибунами и оказаться во втором корпусе. Где слишком много девчонок приходится на один квадратный метр. И всех я испортил. Ну, почти. Есть еще с чем поработать.
— Костров!
Судя по всему, Тёмыч медленно, но уверенно выходит из себя.
Пусть по-прежнему говорит равнодушно, в своей обычной ленивой манере, но я-то знаю его как облупленного.
— Да на парах я.
— Ты в себе? Какие пары, к чертовой бабушке? К тебе очередь сегодня как на бесплатный рок-концерт.
— Пардон, — почти искренне извиняюсь. — Создательница лютует.
Большими шагами пересекая стадион, бросаю заинтересованный взгляд на чирлидерш, репетирующих горячий танец с зажигательной речевкой в поддержку наших местных баскетболистов.
Не удивительно, что парни уже третий год подряд заслуженные чемпионы города. С такой-то благодарной и отзывчивой фан-базой.
— Макс! — кричит одна из девчонок и приветливо машет ярко-алыми помпонами.
Пока безуспешно вспоминаю ее имя, сексуальная шатенка, позабыв про честь и гордость, исполняет тверк в мою честь.
Скучно.
Настоящие хищники предпочитают охотиться на добычу, загонять ее в угол, а не впиваться острыми клыками в пережаренное, давно готовенькое мясо, послушно падающее с неба прямо в руки. Уже в подарочной обертке. Только за ленточку потяни…
Отвечаю невпопад на пустые вопросы Сокола.
Обещаю что-нибудь обязательно придумать и свалить из универа в ближайшее время, все больше приближаясь ко второму корпусу.
Оказавшись в холле, движусь к расписанию, пока в меня кто-то неуклюже не вписывается, плеснув на толстовку какой-то липкой дрянью.
От неожиданности и телефон вылетает из рук. С грохотом падает на пол.
Звонок ожидаемо прерывается.
Равнодушно наблюдаю, как по экрану расползается огромная трещина.
Брезгливо отряхиваюсь и поднимаю взгляд в поисках своей жертвы.
Если это парень, то будет проще. Тупо врежу пару раз. Разомну кулаки перед завтрашней тренировкой.
А если девушка… что ж, придется придумать иное наказание. Чья-то неуклюжесть – не причина распускать руки. Я, конечно, конченная сволочь, но не настолько, чтобы девчонок бить.
На меня глядят большие орехово-шоколадные глаза, обрамленные пушистыми ресницами.
Лолита Рачинская.
Мечта, проклятие, ангел и демон в одном лице.
— Извини…
Дьявол, это путает все карты.
Но почему бы и не да?
Унижать эту куклу что-то вроде ежедневного бесплатного развлечения.
Ненавижу, но хочу.
Лола осекается, едва разглядев, кто перед ней находится.
Могла бы отмотать пленку назад, снова толкнула, но уже намеренно. Под поезд, например. Или под колеса движущегося грузовика.
Плохая девочка, бездарно притворяющаяся хорошей.
Любимая генеральская дочка и просто чистый смертный грех во плоти в наряде среднестатистической японской школьницы.
Белая рубашка со свободно завязанным красным галстуком, ему в тон короткая юбка в клетку, светлые гольфы.
Сегодня она в обычных лоферах на платформе и от того еще ниже ростом, чем обычно. Метр с кепкой, в общем. Натуральная пикси. Ну или хоббит.
Ей приходится высоко задрать голову, чтобы наши глаза хоть как-то пересекались на приблизительно одинаковом уровне.
А оверсайз пиджак с нашивками нашего универа я бы тупо снял с нее. Он мешает разглядеть то, что скрывается под ним.
Или еще лучше: ее бы снял и отжарил по полной программе. Вот и член в штанах уже приветливо дергается.
История стара как мир.
Мы симметрично не выносим друг друга, но я по какой-то совершенно непонятной причине одержим ею.
Может, потому что она такая вся из себя фальшиво недоступная недотрога?
Главный лот в университетских спорах, который до сих пор никто не взял.
Запретный плод всегда сладок.
А потом, когда уже распробуешь, то не так и нужна она была тебе, как оказалось, эта переспевшая груша.