Из грустных размышлений Милье вырвал голос диктора, вещавшего из огромного монитора на стене одного из зданий.
— ...что труп Генри Дриксона был найден в подворотне, на углу...
Эти слова не могли не заставить губы Леонарда растянуться в широченной улыбке. Генри Дриксон мёртв! Господи, хоть одна мысль, которая греет душу! И хоть Милье об этом уже прекрасно знал (ему ли об этом не знать!), такое напоминание всё равно приятно!
Леонард ускорил свой шаг.
Возможно, для него не всё ещё потеряно!
Под серым, готовым вот-вот разрыдаться, небом Хротцбера, в доках гавани сидело пятеро человек, окутанных в тёмные одежды. Самый главный из них, Рич — человек с железной правой рукой и стальной левой ногой — с грустью смотрел на открывающийся вид серого, укрытого туманом, моря перед ним. Будущее его и его людей было таким же серым и беспросветным, как и этот серый, туманный вечер Хротцбера.
Рич был одним из мини-главарей, так называемых лейтенантов небольшой, не имевшей весомого влияния в городе банды Хейтеров, как они себя именовали. Что представляли из себя Хейтеры? Что ж, так просто на этот вопрос было не ответить.
Вообще, это движение появилось в то же время, что и начали формироваться корпорации. За Хейтерами стояли влиятельные (ну... на тот момент, они были влиятельными!) криминальные авторитеты, которым крайне не нравилось, что какие-то корпорации со своими имплантами вскоре придут и захватят всю власть над миром. Тогда Хейтеры просто выступали против всех корпораций вместе взятых и производимых ими имплантов, утверждая, что это вселенское зло и (даже до такого доходило!) вообще проделки Дьявола!
Но время всё расставило на свои места. Корпорации захватили власть над городом... Да что там, над всем миром! Криминальные же авторитеты, делавшие ставки на движение Хейтеров, потерпели сокрушительное поражение. Кто-то был разорён, кого-то упрятали в тюрьму (причём надолго!), а самых упёртых и вовсе перебили по одному.
Идейные вдохновители пали... Но движение Хейтеров осталось! Правда, лучше бы оно пало вместе с вдохновителями...
Хейтеры из величайшего движения против корпорации превратились в обычных уличных бандитов, причём весьма и весьма убогих бандитов. Те же скинхеды давали приличную фору Хейтерам, действующим в Хротцбере. И ничего удивительного в этом не было. За бритоголовыми ублюдками, отрядами убивающих несчастных одиноких бомжей, стояла, как-никак, целая корпорация, и любой из скинхедов, кого, допустим, по ошибке останавливала полиция, спокойно себе выходил сухим из воды, стоило ему только помянуть имя Адольфа.
А вот Хейтерам, спонсируемых лишь некоторыми местными богатеями, тешившими себя мыслью о том, что они тоже имеют какое-то влияние в городе, доставалось по полной. Если кого-то из них ловили, то оставалось только молиться за то, чтобы ему дали пожизненно, а не назначили смертную казнь, ну и чтоб в тюрьме заодно не убили. Ибо так свои жизни кончали многие члены банды, некогда наводившие ужас на все корпорации, а теперь сама до смерти их боявшаяся.
Рич курил электронную сигарету, размышляя о том, где им, несчастным бандитам, разжиться хоть какими-нибудь деньгами, чтобы дотянуть хотя бы до конца месяца. Есть тут в городе один небольшой ювелирный магазинчик, владелец которого, вроде, когда-то дружил с Французом, а потом разругался с ним ко всем чертям. И с другими фракциями сдружиться как-то не успел. Может, грабануть его? А что, если друзей среди представителей корпорации у него нет, это означает, что ювелирщик этот — лёгкая добыча. Правда, есть ещё опасность, что взбунтует Адольф — ведь Француз его заклятый враг, а ювелирщик выходит врагом его врага и, соответственно, его другом, а значит, за эту ювелирную лавку можно серьёзно огрести...
Боже, как всё сложно! Вот говорила же Ричу мать: иди в скинхеды, не прогадаешь! Нет, его, видите ли, на романтику потянуло, к Хейтерам, чёрт бы их всех...
Внезапно сквозь туман до пятерых Хейтеров, лениво куривших от скуки и безысходности донёсся шум мотора.
Рич встрепенулся. Что это? По шуму он с лёгкостью распознал приближающийся байк, но... Какого ещё байкера вообще может занести в доки? Что за ерунда? Разве что...
Догадка пробила разум лейтенанта Хейтеров, словно гвоздь древесину.
— Быстро! — заорал на своих подопечных. — Хватайте свои лазерные пушки! Это едет он, точно он! Скорее, скорее!..
Но было уже слишком поздно. Рассекая туман, на кроваво-красном байке к Хейтерам приближался тот, кого они меньше всего хотели бы увидеть этим вечером.