— Странно, что не уничтожили, — проговорил Алекс.
— Он им был нужен для дальнейших исследований, им не всякие мозги годились, — сообщила Наоми.
— И так, формально говоря, ты — апатозавр?
— Да, с технической точки зрения, — подтвердила Наоми. — Если совсем точно, то я М.Р.А. — Модифицированная реконструкция апатозавра, приспособленная к человеческому мозгу и голосовым связкам. У меня было очень счастливое детство.
— А где ты родилась?
— Я вывелась на межзвездном космическом корабле, он летел осваивать новые земли на планетах, подобных Земле. Мы называли свой корабль «Пронзитель пространств», потому что по форме он напоминал вязальную спицу.
— Значит, твое детство прошло в глубоком космосе, — с удивлением заметил Алекс. — Не понимаю, что там могло быть такого счастливого?
— На «Пронзителе пространств», — продолжала нараспев Наоми, — мы никогда ничего не боялись и не смущались. Все и всегда было хорошо организовано. Мы были гордыми покорителями Вселенной, исследователями, пересекающими бархатную тьму космоса, плывущими среди далеких звезд, которые светили нам, как огни далеких земных городов.
Алекс и Ева понимающе переглянулись.
— Наш серебристый космический корабль был такой красивый. Мы, то есть я и другие из моего выводка, конечно, не могли взглянуть на него со стороны, но мы видели снимки, сделанные со спутников. Мы не могли играть на поверхности корабля, подобно людям, потому что при наших размерах для нас не могли создать мощную гравитацию.
Ева повернулась к Алексу.
— Ты слышал эту фантазию раньше?
— Нет, насколько я помню.
— «Пронзитель» мог создавать антигравитацию, он управлялся специалистом по трансу и был защищен молитвами. Пол и стены в нем были обиты пенопластом и белым винилом. Подушечки лап у нас всегда были чистыми. Ева была специалистом по трансу, а Алекс управлял радаром.
— Очень мило, — сказала Ева.
— Это был рай. Каждая звезда имела свой цвет и была окружена разноцветной круглой радугой. Я родилась там, на корабле, красная крапинка на желтом желтке. Желток плавал в большом медном тазу в густом желе. Я выползла из этого желе, а когда научилась ходить, мой Учитель дал мне вкусную дыню.
— Как назывался тот корабль? — переспросил Алекс.
— Я же сказала, — ответила Наоми. — «Пронзитель».
— А не «Протыкатель»? — с усмешкой спросил Алекс.
— Нет, — насупилась Наоми. — С какой стати ему зваться «Протыкателем»?
— Ладно, не обращай внимания.
— Ты тоже его вспомнил? — оживилась Наоми.
— Нет, — буркнул Алекс, — рассказывай дальше.
— Кто такой этот Учитель? — вклинилась Ева. — Ну, тот, что дал дыню.
— Учителя наши были модифицированными паукообразными обезьянами, — важно ответила Наоми. — Они все нянчились с нами с того времени, когда мы были еще маленькими червячками. У них были огромные головы — больше, чем у людей. Они учили нас всему на свете — как надо говорить и откуда мы произошли. И вообще, что бы мы ни спросили у них, они всегда отвечали.
— А кто командовал на этом корабле? — спросил Алекс. — Кому вы подчинялись?
— Мы были слугами Великой паучьей матери. Мы были седьмым поколением апатозавров, которое было выращено ею. Мы все произошли от ее Священного тела. Генетическое скрещивание. Ее яйца использовались для создания всех живых существ на этом корабле.
— Ее яйца? — переспросила Ева. — А кто был этой Паучьей матерью?
— А, да просто маленький пауковолчок, они держали его в золотом террариуме, который считался алтарем в местном корабельном соборе. Они сохраняли Ее живой в течение столетий и превращали ее яйца в разных домашних животных, в растения и даже в тебя, Ева.
— А кто занимался этим генным скрещиванием? — попытался уточнить Алекс.
— Дизайнеры, ясное дело!
— А кто построил корабль?
— Конечно же Строители!
— Ладно, сдаюсь, — вздохнул Алекс.
— В общем, мы пели молитвенные песни в честь Паучьей матери целыми днями. Хранители кормили ее мухами-красотками, и мы пели песни также во славу этих мух. Мы поклонялись еще крепости ее паутины.
— А зачем нужны были на корабле бронтозавры? — задал коварный вопрос Алекс. — Ну, радар — это понятно. Радар, конечно, нужен. Но бронтозавры?
— А мы сами удивлялись сначала, потому что мы были очень прожорливы, и еще у нас ведь нет рук. А потом Учителя нам объяснили, что мы будем учиться и станем корабельными монахами.