— Сразу, товарищ Званцев, — сказал посетителю капитан, — ответ дать не могу. Нужно выяснить еще ряд моментов.
— Мы понимаем, — широко улыбнулся тот. — Никаких претензий.
— Зайдите завтра. Примерно в это же время.
— Слушаюсь, — поднялся Званцев. — И рад буду по совести служить. Как на фронте.
Посетитель ушел. Перов приблизился к окну и стал незаметно наблюдать, как, выйдя из проходной, Званцев уверенной походкой зашагал по улице. Остановился, закурил и зашагал дальше.
Проводив Званцева взглядом, Перов стал в задумчивости ходить по кабинету.
Через несколько дней в помещении для отдыха персонала спецбольницы УМВД уютно сопели два примуса: на одном стоял котелок с картошкой, на другом — чайник. Готовился ужин. Вместе с фельдшером и санитаром его собирал и Званцев.
— Берите, берите, — доброжелательно приговаривал он, разворачивая на столе газету с бутербродами. — Мне брательник из-под Пскова присылает. Так что живем — не тужим.
Подавая пример остальным, Званцев взял бутерброд с салом и начал с аппетитом жевать, не забывая откусывать и от луковки. Внезапно его внимание привлек какой-то текст газеты, куда была завернута снедь. С набитым ртом он стал читать:
— «Девятнадцатого апреля в три часа ночи при попытке проникнуть в квартиру… гражданина Л. была задержана… Вскоре преступница предстанет… Ремезов». Точка. — Званцев с удивлением обвел всех взглядом. — Братцы, это что ж выходит? Васильева-то, видать, здесь и лежит?
— Ясно. Тут и есть. Где ж ей, налетчице, быть? В восьмой, в отдельной, располагается. Со всем почетом.
— Дела… — протянул Званцев озадаченно.
Ночью разгулялся западный ветер, обычно приносящий в город непогоду. Неверные блики качающегося уличного фонаря-тарелки то освещали, то прятали в тень койку в палате номер восемь, где неподвижно лежала женщина с марлевой повязкой на лице. Ее койка была отгорожена высокой ширмой.
В коридоре спецбольницы дремал на посту сержант, и связка ключей слабо позвякивала в такт его дыханию. В мягких тапочках мимо него неслышно прошел Званцев. У палаты номер восемь тихо достал связку отмычек, уверенно выбрал нужную и вставил в замок двери.
В палате послышался легкий скрип: то ли уличного фонаря, раскачиваемого ветром, то ли пружин кровати… Дверь бесшумно отворилась, и фигура в белом халате двинулась к кровати.
— Это ты? — послышался женский шепот.
— Я, я, — так же шепотом ответил Званцев.
— Наконец-то, — вновь зашептала она. — Забери меня скорей отсюда, бежим…
Блеснуло узкое лезвие. Но женщина, мгновенно вскочив с кровати, перехватила руку Званцева. А сзади, из-за ширмы, на него набросился еще кто-то. Вспыхнул свет. Женщина сорвала с лица марлевую повязку. Ею оказалась Светлана Мальцева. Бывший за ширмою Игорь закрутил за спину Званцеву руки, защелкнул наручники. Звякнув, упало на пол узкое лезвие. Тотчас же в палату вошли Перов и сержант — дежурный по этажу.
— В камеру! — удовлетворенно распорядился Перов.
Крутов и сержант увели бандита.
В коридоре Перов набрал номер телефона:
— Задержали, товарищ полковник. Можно давать нарядам команду о начале операции. — Выслушав короткий ответ, капитан положил трубку.
— Каким нарядам? — поинтересовалась стоящая рядом Мальцева.
— Нашим, внутренним, — ответил тот. — Район в радиусе двух километров от больницы оцеплен. Везде засады. Будут прочесаны все улицы, переулки, дворы. Уверены, что сообщники этого «санитара» Званцева должны быть где-то рядом, ждать его. И, скорее всего, с машиной.
Вскоре в своем кабинете Перов допрашивал задержанного в результате проведения операции мужчину. Тот, сидя напротив, на вопросы отвечал спокойно, доброжелательно, очень словоохотливо.
Протокол допроса вел Игорь. Светлана находилась тут же.
— Введите арестованного, — распорядился Перов.
Конвоиры ввели в кабинет Званцева. Лицо задержанного мужчины не выразило ничего, кроме снисходительного недоумения. Скользнув по Званцеву равнодушным взглядом, он отвернулся к окну.
— Гражданин Званцев, вам знаком этот человек? — спросил капитан, указав на мужчину.
— Нет.
— А вы, гражданин Кирилюк, — обратился Перов к мужчине, — знаете Званцева, то есть арестованного?
— Никогда не видел, — ответил Кирилюк, добросовестно осмотрев Званцева.
— Уведите арестованного, — распорядился Перов, вызвав конвоиров.