Те выполнили приказ.
— Что-то шьете вы, товарищ начальник, — обратился к Перову Кирилюк, подчеркивая слово «товарищ», — да, видно, адреском-то и промахнулись… Не понимаю, за что я тут.
— Ну, через край хватили, Кирилюк, — не выдержала Светлана. — Машина, за рулем которой вас задержали, числится в угоне. А права ваши — поддельные.
— Но это только начало разговора, — оторвался от ведения протокола Кругов.
— Именно, — кивнул Перов и, нажав кнопку, обратился к вошедшим конвоирам: — Увести.
Кирилюка вывели из кабинета.
— Вот что, — за внешним спокойствием Перова угадывалась напряженная собранность, — завтра же проводим опознание на выборку. Вызывайте людей.
Мальцева и Крутов отправились по адресам, а Перов вскоре был в доме номер 4 по Литейному проспекту. Найдя в коридоре нужную дверь с надписью «Архив», открыл ее. Отдав дежурному сотруднику заявку, получил нужный ящичек и начал перебирать карточки. С видимым волнением нашел через некоторое время нужную. Вытащив ее, протянул сотруднику.
На следующий день в кабинете Перова кроме Мальцевой и Крутова был еще и следователь, который должен был вести протоколы опознания на выборку — следственного эксперимента.
— Начинаем, — скомандовал капитан.
— Дольская Ирина Георгиевна, — открыв дверь кабинета, пригласил Игорь.
Кроме сотрудников в кабинете на этот раз находились еще семеро мужчин — они сидели вдоль стены. Возрастом все были около сорока, с одинаково неприметной, «среднестатистической», как однажды выразился свидетель-потерпевший Суржич, внешностью. Даже взгляды их были одинаково безразличны.
Среди этих семерых сидели Званцев и Кирилюк. В кабинет вошла Дольская.
— Ирина Георгиевна, — приступил к своим обязанностям следователь, — посмотрите внимательно: не узнаете ли вы кого-нибудь среди этих людей?
Дольская взглянула на сидящих вдоль стены… растерянно и беспомощно оглянулась на Перова, Крутова… Лицо ее исказилось, и женщина опустилась на стул.
— Третий слева, — едва вымолвила она непослушными губами, — и второй справа… Это они мужа…
— Вам плохо? — забеспокоился Игорь. — Лекарство?
— Вы же видите, — громко сказал Кирилюк, который сидел третьим слева, — не в себе дамочка.
— Молчать, Кирилюк, — повысил голос капитан и, обращаясь к Дольской, спросил: — Попытайтесь вспомнить, Ирина Георгиевна, кто из них убийца вашего супруга?
Дольская растерянно переводила взгляд с Кирилюка на Званцева, заставляя себя задерживаться на том и другом.
— Кажется, — нерешительно начала женщина, — это…
Кирилюк чуть заметно сузил глаза.
— Нет… не помню, — выдохнула Дольская, отводя взгляд от сидящих у стены. — Не знаю.
— Товарищ Крутов, — обратился следователь, — проводите Ирину Георгиевну в медпункт.
Игорь, бережно поддерживая Дольскую под локоть, увел ее из кабинета.
А в квартире Лебелей Анна Григорьевна, непричесанная, в халате, бесцельно бродила по квартире. Взяла было книгу с полки, но, передумав, поставила томик обратно.
После Дольской в кабинет Перова вошел Олег Витальевич Суржич. Как и прошлый раз, он отвесил присутствующим легкий поклон. Следователь задал ему тот же, что и Дольской, вопрос. Суржич цепким взглядом посмотрел на семерых мужчин. Затем уверенно указал на Званцева и Кирилюка, хотя после «перетасовки» они занимали совсем другие места, Кирилюк лишь улыбнулся презрительно, Званцев смотрел перед собой напряженно.
Когда Олег Витальевич Суржич покинул кабинет, семеро мужчин по команде Перова снова поменялись местами. Вошла следующая приглашенная — Настасья Федоровна Копорьева. Подчиняясь предложению следователя, начала вглядываться в лица семерых, как вдруг произошло неожиданное: старушка кинулась к Кирилюку и сухонькими руками стала душить его.
Вернувшийся к тому времени Кругов оттащил Настасью Федоровну и отвел ее в другой конец кабинета.
— Он убивец! — исступленно повторяла старушка, не сводя взгляда с Кирилюка. — Николая Викторыча он и убивал!
— Набрали идиоток, — поправляя ворот сорочки, процедил Кирилюк. — Подтасовкой занимаетесь, начальнички!
— А еще вон тот! — указывая на Званцева, почти выкрикнула Настасья Федоровна. — Как на духу говорю! Истинно!
— Пиши, пиши, начальник! — вскочив, истерично заговорил Званцев. — На мне кровь. Верно старая говорит.
— Заткнись, недоносок, — прошипел Кирилюк.
— Он, — указав на Кирилюка, продолжал Званцев, — ни при чем. Я убивал! Судите!
Перов нажал кнопку звонка. У дверей встали конвоиры.