— Словесные? — еще больше оживилась Софья Семеновна и, воодушевленная последними предложениями Кречетова, затарахтела с готовностью: — Хорошо-хорошо. Я уже и сейчас на глазок могу сказать, чего недостает. Отрезы бостона коричневого цвета, точнее — шоколадного… Затем — габардин светло-серый. Костюмы габардиновые женские темно-фиолетовые в мелкую белую полоску — на них обратите внимание: партия уникальная. А мужские — темно-синие… Часы золотые мужские «Победа», женские — «Заря»…
— Отложим этот разговор до утра, — вновь вклинился в поток ее слов майор. — Когда ваши соображения могут быть подтверждены документами.
Утром следующего дня Кречетов вошел в свой кабинет, где уже расположились вокруг стола Бойков, Алтайцев и невысокий полноватый майор милиции Усоленко. На столе лежали гипсовые снимки с протекторов. Их придирчиво сравнивали с фотоснимками.
— Ну что, ГАИ, притомился? — приветствовал Кречетов давнего знакомого.
— Еще чего! — возразил тот. — Но похожего протектора пока не видно что-то…
— Стало быть, идем в следующее автохозяйство, — бодро подытожил Феликс.
— Какое у вас на очереди? — уточнил Кречетов.
— Третье, — сверившись со списком, ответил Усоленко.
— А успеем проверить до начала смены? — засомневался Алтайцев.
— Должны, — сказал Усоленко.
— Нам эта полуторка нужна, — вздохнул Кречетов. — Ох как нужна!
Через некоторое время посетительницей кабинета Кречетова стала Софья Семеновна. Закончив писать, она протянула майору пачку листов:
— Вот, Максим Петрович. По возможности точное и полное описание всех украденных вещей.
— Спасибо, — кивнул майор, взяв материалы.
— Позвольте мне высказать некоторые соображения, — продолжала женщина. — Я могу гарантировать, что преступники — хотя бы частично — станут реализовать товар через комиссионные магазины.
— Не исключено.
— А директора всех комиссионных, — доверительно понизила голос Софья Семеновна, — мои старинные добрые приятели… Хотите, составлю вам протекцию — предупрежу их?
— Благодарю, Софья Семеновна, — улыбнулся майор. — Весьма признательны. Но, думаю, управимся своими силами.
Вскоре некоторые продавцы комиссионных магазинов профессионально отметили разборчивых и придирчивых молодых покупателей, которые внимательно рассматривали вещи: костюмы с подкладными плечами… отрезы габардина… строгие мужские «двойки»… Это были Лена Томилина, Рая Добкович, Гасан Яганов.
Вечером они встретились в кабинете Кречетова.
— Думаю, — уверенно говорил Яганов, — преступники для начала вещички-то подзажали. Боятся сразу с ними засветиться.
— Практически все комиссионные обошли, — уныло подтвердила Рая: — И — ничего похожего на украденное.
— Не кисни, — подмигнул ей Гасан. — Возможно, в один из дней что-нибудь да всплывет…
— А теперь внимание, — прервал их диалог Кречетов. — Софья Семеновна подтвердила важную деталь.
— Какую? — встрепенулась Томилина.
— А вот какую, — отчетливо проговорил майор. — Украденные женские костюмы — десять штук голландского производства — в своем роде уникальны. Такой артикул не поступал в продажу ни в один из магазинов города. Эта партия выделена лично Софье Семеновне для плана. Из фондов Управления торговли.
— Стало быть, — понимающе кивнул Яганов, — заостряем внимание именно на этих женских «двойках». Очень хорошо… Ведь со шмотками по первым кражам работать много сложнее.
— По области приметы вещей распространены? — уточнил майор.
— Так точно, — кивнул Гасан.
— А если преступники украденное в другой город переправляют? — задумчиво предположила Томилина.
— И это не исключено, — согласился Кречетов. — Именно поэтому поиск вещей нельзя считать основной линией разработки. Вещички действительно могут находиться где угодно. А вот преступники — наверняка тут. Но у нас нет их примет. Ни единой… Рая, что дал поквартирный обход? Как твои бригадмильцы?
— Обход ничего не дал, Максим Петрович, — виновато отвела глаза Добкович. — Никто из жильцов никого в ту ночь не видал. Спали все.
— Похоже, на улицах вокруг места происшествия никто не страдает бессонницей, — невесело пошутил майор. — Завидую… А сколько квартир вы обошли с ребятами?