Милиционер и дворники взбежали по лестнице. Постовой повернул ручку звонка.
Имант Артурович отпустил руку. Та безжизненно выскользнула в проем. Профессор открыл дверь. У порога лежала совсем молодая красивая женщина, светлые волосы ее разметались по кафельному полу. Все склонились над незнакомкой: та не подавала признаков жизни.
Скрипнули тормоза подъехавшей милицейской «эмки»: прибыла оперативная группа.
— Постовой Швайко. Докладываю, — обратился было к старшему милиционер.
— Пока отставить, — ответил тот. — Охраняйте место происшествия. Никого не допускать.
— Есть.
— Профессор Лебель? — обратился вновь прибывший к Иманту Артуровичу. — Нам позвонили ваши соседи. Я — капитан Перов, старший оперуполномоченный первого отдела Управления уголовного розыска. Это — сержант Крутов. Это — наш эксперт-криминалист.
— Очень приятно, — машинально поклонился профессор.
Крутов удивленно взглянул на чего.
— Займитесь потерпевшей, — приказал Перов коллегам и повернулся к Лебелю: — Итак, товарищ Лебель, слушаю вас.
— Вот… Да, — нерешительно начал тот, еще не оправясь от пережитого, — проснулся… Слышу: какие-то звуки.
От волнения Имант Артурович стал говорить с сильным прибалтийским акцентом.
— Посмотрел, — продолжал он указывая на прорезь в коробке двери, — здесь выпилено. Рука просовывается, начинает искать засов. Я схватил, полагал задержать. А ее, видите…
— Товарищ капитан, — вступил в разговор эксперт-криминалист, — как на прошлой неделе.
— Да. Похоже, снова банда Волка, — согласился Перов.
— Волка, вы сказали? — насторожился профессор. — Он именно так и представился.
— То есть?
— Когда грозил отомстить, — пояснил Имант Артурович.
— Этот постарается, — заверил Крутов.
Сердитым взглядом капитан приказал ему замолчать. Сержант виновато осекся.
— Хорошо, что быстро доехали, — вышла к собравшимся Анна Григорьевна, успевшая сменить ночное одеяние на домашнее платье. — Тут такая пальба была!
— Так, — рассуждал вслух Перов, осматривая дверь. — Телефон они вам отключили: проводку перерезали… Однако повезло вам с дверьми, товарищ профессор. Первую обшивку пули пробили, зато вторая спасла вас… Эксперт, извлеки-ка парочку пуль.
— Слушаюсь, — направился к дверям эксперт-криминалист и, проходя мимо Перова, что-то вполголоса сказал ему.
Капитан вместе с Крутовым склонился над неизвестной. Приподнял ей голову… Выпрямившись, задумался.
— Подумать только! — горестно ахнула Анна Григорьевна, только сейчас заметив неизвестную. — Убили… Такую молодую, красивую…
— Почему же убили? — чуть помедлив, повернулся к Анне Григорьевне Перов. — Нет… Только ранили. Правда, ранение тяжелое, но, думаю, она останется жива. Крутов, помоги эксперту и мне. Раненую — немедленно в машину и в нашу спецбольницу.
Обменявшись взглядами, они осторожно подхватили женщину и плавно начали спускаться по лестнице.
На кафельном полу, где лежала голова незнакомки, осталось небольшое темное пятно.
Женщину аккуратно уложили в машину. «Эмка» тронулась.
— Подожди, Игорь, — приостановил капитан сидящего за рулем Крутова. — Значит, запомни: дежурному сообщаешь немедленно. Пусть дают ориентировки по городу, сообщат патрулям.
— Слушаюсь, — кивнул Крутов и тронул машину.
Перов с экспертом-криминалистом вошли в подъезд, поднялись по лестнице. Супруги Лебель ждали их в гостиной.
— Вот. — Эксперт выложил на скатерть круглого стола несколько извлеченных из двери пуль. — Револьверные.
— Образца тридцать шестого года, — кивнул капитан.
— Извините, перебью вас, — взволнованно заговорил Имант Артурович. — Я вспомнил, узнал ее… Это почтальонша. На днях заходила.
— Так-так, — вскинул голову Перов.
— Товарищ капитан, убитая приходила на днях.
— Не убитая — раненая, — мягко поправил его тот и добавил: — Я ведь воевал, разбираюсь… И зовите меня Василием Васильевичем.
— Хорошо, Василий Васильевич, — согласно кивнул профессор. — Итак, приходила она… в воскресенье. Точно, да. Принесла заказное письмо. Жена в это время отсутствовала.
— Я была у подруги, — поспешно уточнила Анна Григорьевна.
— Как можно подробнее, Имант Артурович, — попросил Перов. — С деталями, пожалуйста. Все, что помните.
— Буду стараться, — заверил Лебель.
Подавив волнение от только что пережитого, Имант Артурович заставил себя максимально точно воспроизвести недавние события.