Немного поколебавшись, Лыков взял бумажки и сунул в карман. Был он на крепкой «мели», а до получки оставалась целая неделя. «Пить-есть надо», — заключил он, оправдывая себя.
Спустя несколько дней в пустынном переулке остановился грузовик. Лыков и водитель вышли из кабины, откинули задний борт кузова. Следом на новеньких «Жигулях» цвета морской волны подкатила Цыганкова. Открыла багажник. Мужчины перегрузили туда баллоны, шланги и автоген. Девушка расплатилась. На руках Галины были щегольские замшевые автомобильные перчатки цвета, как и машина, морской волны. Кивнув на прощание, она села за руль и умчалась.
Кузьма Степанович посмотрел вслед удаляющемуся автомобилю, достал пачку «Беломорканала», записал на ней номер «Жигулей». Закурил.
Был поздний час. В квартире уже спали. Тишину нарушали лишь звуки проезжающих под окнами автомобилей да еще какие-то непонятные шорохи…
Первой проснулась женщина, приподнялась на кровати, вслушалась: шорохи повторились. Она включила ночник, потрясла мужа за плечо:
— Послушай, кажется, кто-то открывает нашу дверь.
Тот встал с кровати, на цыпочках вышел в коридор, приблизился ко входу. Жена стояла сзади. Было тихо. Муж заглянул в дверной глазок: никого… Щелкнув замком, он резко распахнул дверь — лестница оказалась пуста.
Супруги вернулись в комнату. Вновь прислушались. Тихие звуки доносились откуда-то из-под пола. Затем, перекрывая их, заиграла музыка.
— Да это у Галки внизу. У соседки, — определил мужчина. — Не спится молодежи.
— Точно, — согласилась женщина. — Как развелась Галина — пошла ночная жизнь.
Они присели на кровать, не переставая вслушиваться.
— Электродрель как будто работает, — неуверенно заметил муж.
— Скажешь тоже, — усмехнулась женщина. — Там другие дрели…
— Пойду все же попрошу, чтобы потише шумели.
Мужчина накинул махровый халат и спустился этажом ниже. Подошел к соседской двери, приник: полная тишина… Звонить он не стал. Вернулся домой, сказал:
— Сами угомонились. Давай-ка и мы спать.
Перекресток с самого утра был весьма оживлен: бойко торговали овощные киоски. Сочные краски их натюрмортов бросали вызов пасмурной осенней погоде.
Небольшая очередь — люди в основном немолодые — сбилась под козырьком здания. На козырьке читались крупные зеленые буквы, словно выведенные рукой отличницы-первоклассницы: «Сберкасса».
Заведующая Маргарита Ивановна — средних лет женщина — подошла к дверям сберкассы в сопровождении двух молоденьких сотрудниц: Иры и Лены.
— Приступаем, девочки, — привычно сказала она, достала из сумки узкий футляр и, вынув оттуда ключ, вставила в замок.
Ира и Лена помогли ей развести створки первых дверей, открыли вторые.
В помещении сберкассы Маргарита Ивановна нажала несколько тумблеров, сняла телефонную трубку:
— Утро доброе, «Онега»! «Тридцать семь — одиннадцать» на объект прибыли. Все в порядке. Спасибо. — Она положила трубку, сняла плащ. — Теперь сейф, девочки.
Втроем прошли они в глубь помещения.
Щелкнул замок. Плавно открылась тяжелая дверь сейфа. Женщины, заглянув внутрь, в один голос ахнули и изумленно уставились друг на друга.
Маргарита Ивановна бросилась от сейфа, ее рука с силой нажала сигнал «Тревога».
Через считанные минуты по осевой, сверкая проблесковыми маяками, несся милицейский газик.
Едва он притормозил, оттуда выпрыгнули сотрудники. Один остался у входа в сберкассу, а лейтенант милиции, старшина с автоматом и двое сержантов побежали во двор.
Почти тотчас же здесь остановился желто-синий «уазик» с бортовой надписью: «Дежурный ГУВД». Из него вышла группа людей, выпрыгнул инспектор-кинолог с собакой.
Все направились в сберкассу.
Первой, предъявив часовому удостоверение, в помещение вошла единственная в группе прибывших женщина: хрупкая, с живыми синими глазами, ямочками на щеках и шапкой рыжеватых, красиво уложенных волос. Небольшой ее рост компенсировали высокие каблуки строгих черных туфель.
— Дежурный следователь Вересова Нина Александровна, — представилась она.
— Куртынина, заведующая, — тяжело поднялась навстречу входящим Маргарита Ивановна и, указав на Иру с Леной, сказала: — Наши сотрудницы.
— Майор Дивеев. Угрозыск, — кивнул вошедший вслед за Вересовой плечистый мужчина лет сорока и добавил: — Товарищи из научно-технического отдела, инспектор-кинолог.
— Понимаете, товарищ майор, — заговорила Маргарита Ивановна, — с охраны мы снялись нормально…
— Вечером сдавались обычным порядком? — спросила Вересова.