В комнате безутешно плакала Эльза.
Уже светало, когда три катера отошли от острова. Судном Фарида управлял сержант милиции. Эльза и Байрамов были на разных катерах. Дивеев для надежности усадил Фарида между собой и напарником.
— Молчи! Ничего не говори! — крикнул девушке Байрамов, но его голос потонул в шуме двигателей.
— Нам и так все известно, — «успокоил» его Дивеев.
Светало. Высоко в небо поднималась величественная башня стоящего на возвышении Выборгского замка, построенного шведами в 1293 году. Табличка внизу гласила: «Вход посетителей в музей с 11.00». Было около шести утра.
У самой вершины башни на площадке обозрения стоял с мощным морским биноклем Ефим Ковригин. Отсюда, с большой высоты, хорошо просматривался Выборгский залив, ближайшие острова.
Порывом ветра чуть не сорвало берет — Ефим сунул его в карман плаща, снова поднес к глазам бинокль: внимание сразу привлекли три суденышка, двигавшиеся в сторону порта. Они постепенно приближались. Ковригин узнал катер Байрамова. Два других были милицейскими.
Дрожащими руками Ефим достал платок, протер стекла бинокля, вспотевший лоб и снова приник к окулярам. Катера подошли еще ближе. И вот Ефим увидел Байрамова, узнал Эльзу. Покачнувшись, схватился за перила и по винтовой лестнице стал спускаться вниз. Резко распахнув тяжелую нижнюю дверь, лицом к лицу столкнулся с одним из сотрудников группы Дивеева. Ковригин, однако, совладал с собой и спокойно зашагал к мосту. Оперативник слегка замешкался, поняв, что может быть расшифрован.
Выйдя на пустынную набережную, Ковригин вдруг побежал так быстро, как может гнать только страх. Двое сотрудников бросились следом. К ним подрулила «Волга» — прыгнули туда.
За углом стоял мотоцикл. Ефим завел двигатель, быстро понесся по улице. Он специально выбирал узкие места, каких много в этом средневековом городе: пролетал под арками, колесил по дворам и переулочкам, где в состоянии разойтись лишь пешеходы. Вскоре он оторвался от преследователей… На пустынной окраине города спрятал мотоцикл в густых кустах и побежал по тропинке в сторону леса.
Один из кабинетов Выборгского горотдела внутренних дел был предоставлен ленинградцам. Вересова прохаживалась по нему вдоль зарешеченных окон. Она всегда немного волновалась перед решающей встречей с противником: годы следственной работы не сделали ее равнодушной.
В кабинет вошел Дивеев. Устало плюхнулся в кресло, сказал:
— Сбежал наш Ковригин. Упустили. Но на острове засаду оставили. А Байрамов — тип тяжелый. Не желает разговаривать. Про золото твердит: «От бабушки наследство».
— Видимо, успели обменять облигации и деньги на ценности. Но у кого?
— Мы с ребятами прикинули: эти золотые изделия, судя по артикулам, в прошлом году были украдены из универмага. Ну, помнишь? Там еще через крышу проникли?
— Помню. Нужно срочно найти в том деле список украденного, — озабоченно попросила Нина.
— Продиктуют по телефону из Ленинграда. Обещали. Так вот, не Байрамов ли засадил кражу? Ведь по этой статье он уже отбывал срок.
— Проверьте, — пожала плечами Вересова. — Тогда и то, что они взяли в сберкассе, может оставаться у них же.
— Ковригин, конечно, далеко не уйдет, — размышлял майор. — Но многое сейчас зависит от поведения Байрамова. Надо, надо его разговорить. Ты уж постарайся!
— Приводите, — кивнула Нина. — В случае чего — выложим главный козырь. А пока, Андрей, возьми объяснение у Эльзы.
Дивеев распахнул дверь в коридор:
— Давайте!
Оперативники ввели Фарида Байрамова и вышли. Нина писала что-то в протоколе, не обращая на него внимания. Подняв глаза, сказала приветливо:
— Ну, здравствуйте, Галина Цыганкова. Присаживайтесь.
Фарид стоял, словно окаменев.
— Садитесь же, Галя, не стесняйтесь, — ободрила его Вересова и, встав из-за стола, любезно усадила напротив.
Сложная гамма чувств отразилась на лице Байрамова, прежде чем он выдавил:
— Вы что-то путаете. Это недоразумение…
— Ничуть. Знаю, что передо мною — Байрамов Фарид Исмаилович. Но ведь некоторое время вы именовались Цыганковой Галиной Юрьевной. Когда были замужем за Ефимом Ковригиным.
— Зачем оскорбляете? — вспылил Байрамов. — Не знаю никакого Ковригина. У меня Эльза есть, невеста. Ваши люди и ее задержали. Спросите у нее, какой я мужчина. Или, — Фарид зло ухмыльнулся, — сами убедитесь. А то — Галина… замужем…
— Обижать вас, Фарид, не собиралась, — возразила Нина. — И давайте пока побеседуем без протокола. Поймите, что от вашего признания зависит все ваше будущее.