У победителя литературного конкурса горели не только щеки, но и уши.
— Как ты мог, Вячеслав?! — потрясенно глядя на него, проговорила Зоя Александровна и захлопнула томик стихов. — Как не побоялся разоблачения? Ведь председатель жюри — преподаватель литературы!
— Да откуда Марте Романовне Бунина знать! — вырвалось в сердцах у Славки. — Он же не входит в программу восьмилетки.
Зоя Александровна только руками развела:
— Но во имя чего, зачем ты поступил так?
— Хотел… Хотел призовое место занять, — с усилием выговорил тот, упорно отводя взгляд.
Зоя Александровна помолчала, тщетно пытаясь встретиться с ним глазами.
— Знаешь, — вымолвила наконец она, — быть просто порядочным человеком куда более почетная задача, чем выбиться в знаменитости таким путем.
Славка неопределенно кивнул.
— И еще, — продолжала она, — запомни: истинная слава приходит к тому, кто о ней меньше всего думает, а совершает выдающиеся поступки во имя науки, общего блага людей… Ты почитай биографии великих революционеров, путешественников… Кстати, это не помешает при поступлении в мореходку.
— Видите ли, Зоя Александровна, я раздумал поступать в мореходное училище.
— Вот неожиданность! Почему вдруг?
— Нас недавно водили в центр профориентации. После этого я пересмотрел свои взгляды на будущую профессию.
— И что же ты выбрал?
— Полагаю, — Славка привычно поискал в своем голосе солидные нотки, — самый оптимальный для меня вариант — профессия общественного деятеля.
— Ну и ну!
— Только для этого, — Славка вздохнул, — мне сперва придется стать передовиком производства.
— ?!
— Да-да.
— Дело твое, — сказала Зоя Александровна, помолчав. — Но я твердо знаю: никогда наше общество не сделает своим избранником того, кто труд будет использовать для корыстных целей. Пойми: честный труд — святое понятие. И люди очень сильно чувствуют истинное к нему отношение… Выходит, ты хочешь стать общественным деятелем, а потому пойдешь в рабочие… Так-так. А настоящие общественные деятели стремились стать хорошими рабочими, вот поэтому народ и выдвинул их.
Зоя Александровна поднялась, направилась к выходу:
— Обдумай это, Слава. Я ведь всегда другом тебе была.
— Зоя Александровна! — почти крикнул Славка.
Она обернулась.
— Зоя Александровна, только не говорите про Бунина никому… И Марте Романовне… Я больше не буду.
Лицо Зои Александровны угасло.
— Хорошо, — чуть помедлив, ответила она. — Я обещаю молчать. — И вышла из кабинета.
Через некоторое время она увидела, что после тяжелого для обоих разговора Славка стоял в рекреационном зале, где был оборудован живой уголок. Он смотрел и смотрел, как в колесе стремительно мчалась своим нескончаемым путем белка.
Вечером в учительской оставалось всего трое: молоденькая преподавательница младших классов, Марта Романовна и Зоя Александровна. Все сосредоточенно работали. Марта Романовна, продолжая читать ученические работы, машинально дотянулась до сумочки, нащупала пачку сигарет, щелкнула зажигалкой и, с наслаждением затянувшись, выпустила тугую струю дыма.
— Ой! А вдруг Евгения Викентьевна войдет? — совсем по-девчоночьи забеспокоилась молоденькая, глядя на дым.
— Она уже ушла, — заметила Зоя Александровна.
— Тогда ничего. — Молоденькая принялась проверять последнюю тетрадь и вдруг расхохоталась.
Зоя Александровна и Марта Романовна подняли головы.
— Уморили напоследок, — сквозь смех говорила та. — Вы только послушайте. Условие задачи: пятнадцать школьников отправились в поход. Для ужина было приготовлено тридцать семь картофелин. Как разделить картофель, чтобы всем досталось поровну?
— Ну, и?.. — улыбнулась Зоя Александровна.
— Смотрите. — Молоденькая протянула тетрадь, хохоча.
— «Нужно сделать пюре», — прочла та.
Все рассмеялись.
— У меня таких перлов из сочинений сотни, — сказала Марта Романовна.
— Однако всё. Хватит, коллеги, на сегодня, — сказала молоденькая. — До свидания. До завтра.
И, взяв сумку, она вышла из учительской.
— В самом деле, — взглянув на часы, согласилась Марта Романовна, — пора по домам.
— Вы не могли бы уделить мне несколько минут? — начала Зоя Александровна.
— Слушаю.
— Извините, что вторгаюсь в сферу вашего влияния, но, мне кажется, у Шурлыгина Вячеслава происходит… происходит крайне болезненная реакция.