Но привилегии будут лишь после поступления. А до того нужны деньги на приличную одежду, проезд до Академии, письменные принадлежности и пошлины. Распродавать имущество отца я не решилась, но брать деньги откуда-то нужно было. Вот я и решила заняться продажей настоек, благо, матушка с детства учила меня их готовить.
Я раздвинула кусты дикой малины и неожиданно вышла на полянку, а на ней увидела неказистую деревянную избу. Из трубы валит дым, а значит, там кто-то живет! Мой дар меня не подвел, ведьмы и вправду здесь!
Переждав схватку, я постучала.
Пролог 2
- Помогите мне… Я рожаю… - выдохнула в приоткрывшуюся дверь. Снова схватка. Боль выкручивает меня, мешает дышать и говорить.
В дверном проеме появился глаз. Очень злой и недовольный, обрамленный морщинами глаз.
- Тебе здесь чо, родильня?! – рявкнул на меня он. – Пошла вон отсюда!
Что?! Я оторопела, услышав такое хамство.
Дверь приготовилась захлопнуться. Боль отпустила, и каким-то чудом я успела поставить ногу между дверью и косяком. Нет, так просто я не сдамся! Не для того я два часа брела по лесу со схватками, чтобы меня вот так выставили, как кошку приблудную!
- Я член Ковена! – рыкнула я грозно, словно зверь. Сама от себя не ожидала такой агрессии. – Вы обязаны меня принять!
Изнутри послышалось недовольное фырканье и возня. Я так и стояла, оперевшись рукой о косяк деревянной избушки. Огромный живот невыносимо тяжелый, спина болит, ноги подгибаются. Я никогда не думала, что носить ребенка – это настолько тяжелый труд. Внизу живота вновь начала зарождаться боль, поднимаясь вверх и острым клинком вонзаясь в поясницу.
- Входи, раз приперлась! – передо мной распахнулась дверь ведьмовского домика. В нос ударил запах трав и дерева. Моим глазам предстала темная комната, тускло освещаемая камином. Впустившая меня дама оказалась ведьмой с целительским даром. Едва заметный золотистый ореол вокруг ее седой головы не позволяет обмануться. Она может принять роды, значит, не зря я шла сюда столько времени. Шаркающей походкой ведьма ушла вглубь домика, даже не подумав о том, чтобы помочь мне.
Карга! Как целительница говорю – карга!
С неимоверным трудом я сделала несколько шагов и вошла внутрь.
- А-а-а! – застонала я, не в силах выдержать схватку молча.
- А ну, не ори мне тут! – рявкнула на меня старая ведьма. – Разоралась, курица! Кувыркаетесь с кем попало, потом претесь ко мне рожать!
Знала бы эта ведьма, кому сейчас грубит. Знала бы она, чьему ребенку отказывает в помощи. Впрочем, нет. Никто не должен знать, что отец моего ребенка - дракон и наследник великого дома Бельмонт. Даже сам Бельмонт.
- А-а-а-а-а!!! – на пике боли я закричала изо всех сил и оперлась о стену руками, чтобы не упасть. Еще никогда я не испытывала столь сильной боли, будто в спину вонзают раскаленный кинжал и крутят его.
- Закрой рот, я сказала! – крикнула мне в спину старая ведьма. – Будешь орать, я тебя вышвырну обратно на улицу!
Я ее почти не слышала. Все, что оказалась в состоянии понять – я рожаю. Вдобавок к боли появилось чувство очень сильного давления внизу живота. Ребенок просится на выход.
- Я сейчас рожу! – выдохнула из последних сил, почти не надеясь, что меня услышит эта мегера.
Но, к моему изумлению, моего плеча коснулись руки молодой женщины.
- Давай, моя золотая, ложись сюда, - она осторожно, но настойчиво, потянула меня в сторону. Светловолосая красавица с таким добрым лицом. Однако, я сразу поняла, что передо мной стоит темная ведьма, несмотря на милую внешность. Повернувшись, я увидела застеленную кушетку с большой взбитой подушкой.
- Спасибо, - только и смогла выдавить я из себя, держась за девушку двумя руками.
- Побереги силы, - одернула меня она, крепко поддерживая за плечо. Схватка отпустила. Теперь у нас совсем немного времени, чтобы дойти до кушетки. – Вот так, осторожно, ложись, не спеши, - ее уверенный голос успокаивает. – Раздевайся. Давай помогу.
- А-а-а-а! – я вцепилась в кушетку двумя руками. Боль такая, что мне показалось, я сойду с ума.
- А ну не ори, дура! – завизжала ведьма, но светловолосая девушка ее одернула:
- Неси теплую воду и тряпки, да побольше! Солнышко мое, - а это уже мне, – сейчас нам с тобой придется потрудиться. Еще немного, и ребенок родится, но мы с тобой должны ему помочь. Ты должна тужиться изо всех сил, поняла?