Мост выглядит очень роскошно и… обнадеживающе. Такой красивый мост не может привести в плохое место, думает Рин, но все же не спешит ступать на него, с опаской разглядывая узорчатые перила, которые так и манят за них взяться. К перилам подвешены золотые колокольчики, и Рин умиляется от этого зрелища. Ей кажется, что добрый волшебник раскинул этот мост специально для нее, чтобы она могла перейти из страшной сказки в прекрасную. Что ж, значит, надо идти.
Рин осторожно ступает на дугообразную поверхность моста и начинает подниматься по нему. В тот же миг колокольчики на перилах вздрагивают и начинают неистово трястись, издавая оглушительный звон. Стылая тишина словно взрывается от этого звона, отчего сердце Рин уходит в пятки. Что происходит? Это какая-то ловушка? Почему колокольчики звенят, ведь она их не трогала! Позади раздается оглушительный рев, по сравнению с которым рев крупного хищника показался бы невнятным мяуканьем. Следом громовым раскатом звучит еще один. Рин спохватывается и пытается бежать, но поскальзывается на гладкой золотой поверхности, падает лицом вниз и начинает сползать к подножию моста. А грозный рев звучит все ближе, и земля сотрясается как от стада бегущих слонов.
Растопырив руки, Рин хватается за опоры перил, подтягивается повыше и, встав на четвереньки, бежит по мосту в неизвестность. Спустившись с него с другой стороны, она сворачивает вправо и мчится дальше, не разбирая дороги, которой при всем желании все равно не разобрать в таком густом тумане. Внезапно из тумана выныривает чья-то рука, с виду человеческая, тонкая, с длинными синеватыми пальцами, и призывно машет ей. Вслед за рукой из пелены появляется девушка, очень похожая на Рин.
— Сюда! Скорее! — зовет она ее и тотчас исчезает в серебристой пелене.
Это пугает, но раздумывать некогда, позади слышен топот бегущих по мосту ног, судя по звуку — великаньих. Рин ныряет в туман и сходу врезается лбом во что-то очень твердое и холодное. Сверху раздается металлический звон, но вполне возможно, что это звенит в ушах после удара. Рин хватается за голову и натыкается на чужую руку — скорее всего, той девушки. Рука хватает ее за волосы и тянет вверх, откуда доносится испуганный приглушенный голос:
— Полезай сюда, скорее! Звон Гьялларбу разбудил пса Гарма, стерегущего вход в Хельхейм!
— Чего? — Рин запрокидывает голову и видит ту самую девушку, сидящую на металлических прутьях, похожих на ветви дерева.
— Поднимайся, вопросы потом! — шепчет она, округляя глаза, и тут Рин понимает, что видела лицо этой девушки на фотографии в доме Эббы.
— Привет, Лилли! Вот мы и встретились.
Девушка кивает, растягивая губы в грустной улыбке, и тянет к Рин обе руки, а когда та берется за них, с легкостью поднимает ее и усаживает на железную ветку рядом с собой.
— Я рада встрече, но надеялась, что она произойдет не здесь, — говорит Лилли, опасливо озираясь.
— А «здесь», это где? — Рин тоже оглядывается и замечает целый лес железных деревьев вокруг.
— В мире мертвых. — Лилли грустно вздыхает и добавляет с некоторым облегчением. — Кажется, Гарм нас пока не заметил. Он только что мимо прошел.
— Гарм? Это великан, который за мной гнался? Мне показалось, что он был не один.
— Нет, Гарм — это свирепый пес, страж Железного леса. А великаны отстали. Они такие огромные, что с высоты своего роста не видят собственных ног, так что вряд ли они нас найдут, если только не учуют. — Лилли настороженно смотрит на Рин. — У тебя есть недоброжелатели среди жителей Тролльхола?
— Есть одна такая, но она думает, что расправилась со мной.
— Значит, великаны тебя не найдут, а вот Гарм… Он может призвать Хель, и тогда нам обоим несдобровать. Мне — за то, что скрываюсь от нее, а тебе — за то, что посмела явиться в ее владения живой.
— Ты считаешь, я еще жива? — Рин усмехается. — Что-то я сомневаюсь.
— Ты жива, иначе Гьялларбу не зазвенел бы.
— Глярб… что?
— Мост. Он звенит, когда по нему идет живой человек. Только мертвые проходят в тишине.
— Ах, вон как! Это радует. Умирать пока в мои планы не входит.
— А вот я давно мертва. — Лилли тягостно вздыхает. — И попала в ужасное место. Если Хель, владычица мертвого царства, найдет меня, мне уже никогда не выбраться. Я так надеялась, что ты поможешь мне найти путь в Алую долину, но ты сама угодила в Нибльхейм! — говорит она с укоризной.