— Как Исполняющий Обязанности Главнокомандующего, — заговорил могучий воин, — хочу призвать вас к осторожности. Не пристало военачальнику бросать своих солдат в неизвестность, не приглядевшись сначала к территории, на которой предстоит вести бой.
Он хотел сказать что-то еще, но тут поднялся один из Администраторов. Феннобар и Кромалех немедленно отступили в сторону, но на свои места не вернулись.
Заговорил Ианан, высокий бледный человек, лицо которого, похоже, не было знакомо с улыбкой.
— Поддерживаю предложение отложить обсуждение вопроса о применении военной силы. На повестке дня стоят и другие темы.
Варгалоу стало немного не по себе. Та поспешность, с которой он и Моррик Элберон объединили свои войска для похода в Ксаниддум, совершенно отсутствовала здесь. Видимо, слишком много усилий требовалось для того, чтобы заставить быстрее вращаться колеса огромного заржавевшего механизма, именуемого Империей.
Ианан обратился к Избавителю:
— Твой доклад о событиях на востоке, посол, заставляет нас о многом задуматься. И прежде всего, как верно заметил Отарус, о магии.
Варгалоу вздрогнул, словно его ударили. «И это он говорит мне, Избавителю, который полжизни провел, выискивая и уничтожая ее носителей!» пронеслось у него в голове.
Ианан холодно и неумолимо гнул свою линию:
— Когда человек, которого звали Корбилианом, впервые пришел на Золотые Острова, ему не предоставили права выступать перед Советом. Мы думали, что он безумен, так как он говорил о магии и о богоподобных существах. По закону мы обязаны были предать его смерти.
Избавитель кивнул:
— То же самое и в моей стране.
— Ты уже говорил нам об этом. И все же мы, кажется, заблуждались на его счет. Ты хочешь, чтобы мы поверили, будто он пришел из другого мира, или, как ты выражаешься, из другого Отражения нашего мира. И что он обладал неизмеримой силой.
— Так он сказал Кванару Римуну. И тот не предал его казни, как предписывают ваши законы, а послал на восток. Быть может, Кванар почувствовал, что Корбилиан говорит правду. Так или иначе, но это было мудрое решение.
Эти слова удивили Администратора, но он быстро нашелся с ответом:
— Возможно. Но что же стало с этим Корбилианом?
— Я уже говорил. Сила, которой он обладал, разрушила Ксаниддум, но победа далась ценой его жизни.
— Понятно. А скажи нам, когда он покинул Золотые Острова, не последовал ли вместе с ним на восток кто-либо еще?
Варгалоу заметил, как напряглись Феннобар и Кромалех. Понятно, что они не ожидали даже такого завуалированного намека на Гайла. Неужели Эвкор Эпта решил сыграть в открытую? Вряд ли он пойдет на такой риск.
— Он рассказал нам, что его изгнали с Островов, посадив на корабль, который отвез его к диким берегам далеко на севере нашего континента. Корабль погиб в бурю.
— Ага, — заметил Ианан. — Так значит, все-таки изгнан. Стало быть, у него не было никакого поручения от Императора? — Саркастическая нотка, прозвучавшая в этих словах, не ускользнула от внимания слушателей.
— Нет, его просто изгнали. Император не хотел предавать смерти человека, которого не понимал, и предпочел отправить его куда-нибудь подальше, например, в те края, где водятся звери, которыми у вас обычно пугают детей.
Отарус подавил усмешку.
— А те, кто был с ним?
— Все погибли. Корбилиан обладал необычайной силой и властью, недоступными простым смертным, о чем свидетельствуют его деяния. Никто, кроме него, не смог бы уцелеть в ледяных северных морях. Никто не смог бы перейти горы зимой и добраться до Триречья.
Ианан кивком дал Отарусу понять, что у него больше вопросов нет.
Верховный Камергер поднялся.
— Скажи нам, посол, чего именно хочет от нас Руан Дабхнор? Формального договора?
— Главное его желание — охота на нового врага. Руан готовится к войне, и наши люди уже обшаривают восток в поисках той силы, которая угрожает Омаре, но мы думаем, что она укрылась на другом континенте. Дабхнор с радостью встанет под знамена любого союза, который поставит своей целью уничтожить эту опасность.
Эвкор Эпта откашлялся, и все внимание немедленно устремилось к нему.
— Мы должны поблагодарить посла за проявленное к нам терпение. Пока он находится здесь, он — наш гость, и обращаться с ним следует уважительно. Ввиду того, что его миссия имеет двойственный характер, нам будет что обсудить, прежде чем мы придем к какому-либо решению, а потому нет смысла долее задерживать его здесь. Приближается полдень. Продолжим наше собрание через два часа.