— Начало нашего рода теряется в глубине веков, так что теперь никто уже не может сказать, что правда, а что легенды, — заговорил он. — Когда-то мы обитали в разных концах Омары. Часть нашего народа ведет свое происхождение от древних Рудокопов, что жили высоко в горах на дальнем западе, у самого Хребта Мерзлых Гор, за которым нет больше никакой жизни. Откуда они взялись, никто уже не помнит, хотя легенда гласит, будто они были смешанными потомками резчиков по камню, что уцелели после Потопа на Золотых Островах и поселились на тех высотах, и других, которые бежали с востока, из Сайрена и Ксаниддума, тысячи и тысячи лет тому назад. Рудокопы Хребта были свирепым народом и со временем становились все хуже. Темная сила, что дремала у корней гор с самого начала времен, притягивала их к себе, и они зарывались в камень все глубже и глубже. Предки моего народа, сегодняшних Камнетесов, покинули Хребет и направились к горному массиву, что протянулся, подобно исполинской руке, через весь север полуострова, который уже тогда именовался Теру Манга. Бывшие Рудокопы, которые превратились в Ферр-Болганов, не однажды нападали на мое племя в нашем новом доме, пытаясь уничтожить его на корню. И вот однажды на мысе Кровавый Рог, под отрогами покрытого вечным льдом горного кряжа, состоялась жестокая битва. Победа осталась за нами: мы разбили Ферр-Болганов и загнали их далеко в горы и глубоко в ущелья. А потом в скалах Кровавого Рога построили новую столицу, которую назвали Каменной Твердыней. Она возвышается над нашей страной, ибо, хотя мы любим землю и камень под ней, мы также любим небо и солнечный свет, который обожествляли наши предки, обитавшие на Хребте Мерзлых Гор. Мы не дети тьмы, хотя и проводим большую часть жизни, прокладывая тоннели в камне.
В нашу цитадель пришли однажды и Земляные Люди, ибо мы никогда не теряли связи с нашими братьями на востоке. Их было мало, потому что найти дорогу через бесчисленные ходы и переходы, которые проложены под дном океана, очень трудно. Те, кому удалось добраться до нас, поведали о Детях Горы. Мы позволили им остаться у нас, и они стали частью нашего племени. Их потомки до сих пор живут среди нас. До их появления наш народ вымирал, ибо мы были последними из истинных Камнетесов. Поэтому мы обрадовались, когда среди нас появились Земляные Люди: они не только влили в наши жилы свежую кровь, но и помогали нам бороться с темной силой, которая все разрасталась, подобно черной опухоли, под Теру Манга.
— А что же это за сила? — спросил Гайл, хотя и был уверен, что Сайсифер уже назвала ее.
— Страшная сила. Время от времени она как бы засыпает, словно мощный зверь после сытного обеда, и тогда наступает тишина, но, когда голодный хищник просыпается вновь, его рев эхом отдается в наших черепах. Однако это еще не все: она притягивает к себе жизнь. Поговаривают, что именно она превратила Рудокопов Хребта в своих рабов, Ферр-Болганов, так же как и многих других живых тварей, что обитали в земных глубинах, а теперь верой и правдой служат новому хозяину.
— Мы знаем об этом, — сказала Сайсифер. — Эта сила родом не из Омары.
— Она — зло, которое мы поклялись уничтожить, — добавил Гайл. — Имя ей — Анахизер.
Глава 14
ФЕРР-БОЛГАНЫ
Умлак вел их по бесчисленным коридорам, пещерам и галереям, не то пропиленным в твердой породе подземными потоками, не то вырубленным Камнетесами или какими-то другими существами. В руках их провожатый держал удлиненную каменную дубинку, которая, подобно орудиям Земляных Людей, мерцала в темноте, освещая им путь. Случалось, что выработки, через которые они шли, становились невыносимо тесными, и тогда Умлак пускал в ход свое необычайное умение и расширял проход; однако в иных местах Камнетес предпочитал резко изменить направление движения, не пытаясь проложить дорогу сквозь камень. Он не делился своими опасениями со спутниками, но Гайл понимал, что в недрах Теру Манга обитают существа, которые не дают их проводнику забыть об осторожности. Всю дорогу Умлак продолжал беседовать с камнями, обращаясь к ним тихим, едва слышным голосом.
Наконец они уперлись в стену и вынуждены были остановиться. Пока беглецы переводили дыхание, Умлак приложил ухо к камню и начал прислушиваться к тому, что происходило внутри.