На стенах появились орнаменты, в которые создатель явно вкладывал какой-то смысл, но он ускользал от разума фурии, а ещё через минуту она ощутила явственную пульсацию где-то впереди. Словно невидимое сердце билось где-то там, в глубине темных коридоров, и такт его биения эхом доносился до Самины.
— Что это?
— Уже почувствовала? — ухмыльнулась Галатея, краем глаза взглянув на фурию.
— Что это? — Самина совершенно не понимала, что именно ощущает. Это было похоже на энергию Иного, но она так себя не ведет.
Но Галатея не спешила отвечать на этот вопрос, продолжая играть в таинственность. Самину это жутко раздражало, но любопытство начало брать свое. Древний храм под землей, эта энергия, исходящая непонятно откуда — все это было таким странным и непонятным.
Впрочем, странности на этом не закончились.
— Какого?.. — Самина замерла, увидев арку, целиком и полностью сделанную из человеческих костей. Колонны из черепов, перекрытия из берцовых костей, орнамент из ребер. Это было таким странным, нереальным и отталкивающим, что Самина невольно отступила на пару шагов назад.
Но арка была только началом. Дальнейший коридор тоже был усеян костями. Пол стены, потолок, даже светильники, что рассеивали мрак, были сделаны из черепов.
Самина в буквальном смысле шла по костям, и ей казалось, что она вот-вот услышит их треск под своими ногами, но этого не происходило. Кости были уложены так крепко и по размеру, что между ними не оставалось зазора. Она даже специально пригляделась и не увидела никакого намека на раствор или клей, кости сами по себе были настолько хорошо подобраны и утрамбованы что им не требовалось что-то ещё.
Осознание этого удивило, а затем и напугало. Кто вообще в здравом уме будет использовать такое большое количество костей для того, чтобы украсить помещение? Только полный безумец и психопат. И все же, несмотря на ужас этого зрелища, какая-то часть фурии была в восхищении от того, насколько кропотливой и сложной была эта работа. Она бы, возможно, даже сделала несколько снимков перед тем, как закатала бы тут все в бетон.
Галатея ничего не комментировала и не объясняла, продолжая уводить девушку все дальше по мрачному коридору, пока в конце концов они не вышли прямо в огромное помещение с куполом, и теперь Самина осознала, что не просто так ей в голову пришла мысль о храме. То, что находилось тут, действительно напоминало храм, в самом центре которого находился массивный костяной трон, один вид которого вызвал у Самины легкий приступ тошноты. А ещё она поняла, что странная пульсация исходит прямо от него. Сейчас та была гораздо слабее, почти незаметной, словно девушка уже привыкла к ней, но никуда не пропала, продолжая отбивать ритм.
— Впечатляет, правда?
— Какой безумец построил такое место? — Самина не умела, да и не любила льстить, предпочитая говорить вещи в лоб. И место, где она находилась, ей не нравилось. Каждая клеточка тела внутри неё словно протестовала против того, чтобы быть тут.
— Таргарон, — совершенно спокойно и почти равнодушно объявила Галатея.
— Не может быть, — фыркнула Самина, ещё раз смотря по сторонам. Это место буквально сквозило тьмой. Для постройки этого «храма» были использованы кости тысяч людей. — Таргарон был Дланью! Он не построил бы чего-то столь ужасного!
— Ты так в этом уверена? — хмыкнула женщина, подходя к трону и проводя пальцами по одному из подлокотников. — Разве ты была тут две тысячи лет назад? Видела ли его самолично? Молчишь? То-то и оно…
— А ты? Тебе что, на самом деле две тысячи лет? Ты такая же древняя, как Старые Боги? Что-то мне в это не верится… — в это верилось с трудом, но Галатея вновь не стала отвечать, ограничившись снисходительной улыбкой, словно говорившей «мне нет смысла тебе что-либо доказывать».
— Принято считать, что Таргарон хотел построить лучший мир. И, в какой-то мере, так оно и было, но он следовал принципу «все средства хороши». Перед тем, как строить свой рай, где время остановится, он решил, что не все этого достойны. Вначале он убил всех «нежелательных», тех, кто демонстрировал жестокость, садизм, склонность к воровству и прочее. Его ученики, первые Ткачи, восприняли это… неоднозначно. Но большинство приняло решение своего учителя, и лишь Сиобан посчитал, что так нельзя. Кто будет скучать по отморозкам без угрызения совести? Вот именно, практически никто. Но когда первая волна очищения была закончена, наступила вторая. Она уже пришла на момент рассвета, когда люди покинули подземные города. Когда солнце больше не несло смерть, а земля начала плодоносить.