— Как думаешь, Окси скоро успокоится? — поинтересовалась Кристина, направляя свой багаж по воздуху из холла в коридор девочек.
Больше в общежитии нет формального деления на магов и ассистентов, только на коридоры мальчиков и девочек. Насколько это удачное решение — ещё предстояло узнать.
— Ты читала её мысли? — ответила вопросом на вопрос, тоже направив свой сундук к нашей комнате.
— Да, — призналась подруга, — но там сейчас ничего хорошего, одно самобичевание.
— Опасного же нет? Я надеюсь…
— Услышав подобное, я бы сразу забила тревогу! Просто… Окси никак не может выкинуть Генри из головы. Думает, что ещё не всё потеряно, мол скоро он передумает и вернётся к ней. Это ужасно, лучше бы она его ненавидела, чем питала ложную надежду!
— Точно ложную?.. Генри так-то хороший парень.
— Вчера я прочитала и его мысли тоже… — оглядевшись по сторонам, сообщила Кристина.
— И что там? — нетерпеливо уточнила я. — Он её больше не любит? Или влюблён в другую⁈
— Хуже… — вздохнула подруга. — У него в голове нет мыслей об Окси. Генри вообще о ней не думает. Совсем!
— Тогда это точно конец…
Теперь уже вздохнула я, распахивая дверь нашей новой спальни и впуская внутрь багажи. Когда прошла сама, то с удивлением обнаружила, что в комнате всего одно спальное место, один письменный стол, один большой платяной шкаф и напольное зеркало в углу тоже одно… Странно. Все эти вещи выглядели больше и роскошнее прошлой утвари, но могли служить лишь одной хозяйке.
— И как это понимать?.. — не на шутку озадачилась я.
— Тупишь, Бронина! — вдруг из дверей раздался знакомый женский голос.
Мы с Крис резко обернулись, увидев позади улыбающееся лицо Каталины. Девушка плечом опиралась на косяк, одетая в фиолетовую учебную форму. Местные, как всегда, оказались пунктуальнее и прибыли в Академию раньше нас, успев к этому часу распаковать вещи и переодеться.
— Вы же теперь тоже маги, — напомнила студентка. — Значит, и комнаты вам полагаются отдельные.
Наконец всё встало на свои места. И как я только сама не догадалась! Привыкла смотреть на первое из двух имён на золотой табличке, вот и сейчас прочитав: «Милова» — у меня не возникло сомнений, хотя второе имя отсутствовало.
Не успела я раскрыть рот и спросить, как Каталина предугадала мой вопрос, сообщив:
— Твоя комната следующая по коридору.
— О, спасибо! А твоя где? — дружелюбно поинтересовалась в ответ.
— В самом начале коридора по левую сторону. Слышали уже о Люции? — девушка прошла внутрь комнаты, прикрыв за собой дверь.
— Не-а, — тут же заинтересовалась Кристина. Я же не горела желанием слушать про бывшую Кая. — Рассказывай!
— Она отчислилась. Твоя работа, Бронина?.. Хорошо, что мы теперь подруги, а то и меня бы изжила! — усмехнулась бывшая язва. — Шучу, ты тут не при чём. Точнее, не совсем ты.
— На последнем году обучения⁈ — обомлела от услышанного Крис.
— Из-за Кая?.. — в унисон с ней предположила я.
— Скорее из-за вас обоих, — Каталина предпочла ответить на мой вопрос. — Слышала от знакомой, а она от своей знакомой, что Люция ещё в том году не могла смотреть на ваши отношения, а когда поняла, что у вас всё серьёзно и Кай тебя не бросит — решила перейти на домашнее обучение.
— Мне теперь её даже жаль… — пропищала Кристина.
— Аналогично, — согласилась я.
— Не глупи, она бы тебя не пожалела. Идёте знакомиться с новенькими?
— Новенькими⁈ — к подруге тотчас вернулся игривый запал.
— Ага, с магами из Нижнего мира. Я уже видела парочку — красавчики, как на подбор! — на губах Каталины заиграла лукавая ухмылка. — Переодевайтесь и встретимся во дворе.
Сказав это, девушка ушла, закрыв за собой дверь. Я решила пока не заселяться в свою комнату, а временно скинуть багаж в спальне подруги и переодеться. За лето успела соскучиться по учебной форме и отсутствию мук выбора. Ещё целый год мне не придётся думать, что надеть, лишь изредка комбинировать сиреневые и белые рубашки с фиолетовыми и чёрными галстуками. Клетчатыми и однотонными юбками, свитером или пиджаком. Довольно просто и цвета Академии мне всегда шли.
Переодевшись, лишь одна деталь осталась неизменной — кулон с хризолитом, который подарил мне Кай на день рождения. И пусть его перекрывал галстук, я всё равно не собиралась снимать подвеску, решив, что она станет моим талисманом.
Я улыбнулась и покраснела, вспомнив о своём парне, когда вращала пальцами крупный зелёный камень. А следом помрачнела, придя в мыслях к словам Гаррета, желавшего разрушить наш с принцем Ада «Рай», как бы парадоксально это не звучало. Его требование нависло надо мной невозможным выбором: любовь или мир. Моё счастье или всеобщее. Любой философ скажет, что нужды большинства важнее потребностей меньшинства. Но хоть кому-то из них приходилось делать подобный выбор⁈