— Предсказание сбылось, моя дорогая, — голос Беллиан стал тише. — Это произошло бы в любом случае, ведь ты не отступилась.
— Верни их и я отступлюсь… — слабо вымолвила я, практически не соображая. Слёзы продолжали течь, намочив футболку на бездыханной груди Кая.
— Мёртвых не воротишь, — Беллиан подошёл ближе. — Можно достигнуть бессмертия, но попав на ту сторону — обратной дороги нет.
Он встал совсем рядом. Краем глаза я видела его белую обувь. Хотелось одновременно вцепиться в неё зубами, раздирая до крови, и начать целовать, попутно умоляя найти способ вернуть мне любимых.
— Однако… — опять заговорил он. — Ты всё ещё можешь с ними встретиться.
Беллиан наклонился, заставляя меня навалиться на Кая всем телом, будто бы он мог ещё что-то сделать моему принцу… Изящная рука в перстнях потянулась ко мне, а с губ слетели слова, произнесённые бархатным голосом:
— Ты можешь снова быть со всеми ними в следующей жизни… — он протянул мне тот же самый осколок стекла, что я недавно держала у его горла и который рассыпался в прах. — Всего пара точных движений избавит тебя от страданий.
Я не шелохнулась. Тогда Беллиан сам вложил мне в руку осколок, нежно сомкнув на нём мои дрожащие пальцы.
— Он тебя ждёт. Все они.
Я ненавидела его всей душой, но и сопротивляться не находилось сил. Всех, ради кого я боролась, не стало. Возможно, Беллиан прав. Может, в следующей жизни мы вновь встретимся, и наша борьба продолжится? Однако в этой я уже проиграла…
Я поднялась над грудью Кая и крепко сдавила осколок в руке, но боли не почувствовала. Она лишь капля в океане тех чувств, что одолевали мной в этот момент. Вновь захотелось исчезнуть, раствориться в пустоте. Я закрыла глаза, но вместо бездны увидела ветхую библиотеку с разбитыми в дверях стёклами и сильным запахом сырости, исходившим отовсюду. Но, главное, всего на мгновение в моём сознании промелькнули вишнёвые омуты. Они меня отрезвили.
— Не дождёшься! — резко воскликнула я, распахнув глаза.
Теперь передо мной стоял уже не Беллиан, а уродливый старик с паучьим клешнями и облезающей гнойной кожей. Из его пасти текла чёрная жижа, окрасившая редкие зубы и подбородок. Я даже не испугалась, ведь произошедшее здесь было куда страшнее любого чудища.
— Это всё ложь… — слабо пробубнила я, поднимаясь на ноги. Осколок я оставила при себе для обороны. — Но как… как тебе это удалось? Ты почти сломил меня!
— Думаешь, что всё знаешь?.. Очнись, девочка. Решила, что раскусила меня, как бы не так! Ты в ловушке и умрёшь вслед за всеми своими друзьями, я лишь предлагал тебе лёгкий выход. Ты всего лишь жалкая полукровка, но я рядом. Я помогу, только очнись.
— Что ты несёшь?..
— Посмотри на меня!
— Я и так на тебя смотрю…
— Посмотри!
Я попятилась назад. Ожидала чего угодно, но только не бессвязной болтовни. Беллиан в обличии монстра бросился за мной.
— Очнись и пойми же, что ты натворила! — он схватил меня липкими клешнями за плечи. Из его пасти разило смертью и разложением. — Все погибли из-за тебя!
— Не верю! — поморщилась я, с трудом не отвернувшись от смрада.
— А зря, моя леди!
Моя леди?.. Что⁈
Глава 17
— Твои бедные руки, — прошипел паук, попытавшись отнять у меня осколок стекла.
Иллюзия?.. Это невозможно! Даже Беллиан не способен сотворить обман, которому под силу заблокировать Печати. Любую иллюзию можно развеять!
— Давай же, очнись! — из его рта вытекла новая порция чёрной гнили, но за внешним уродством я разглядела другое лицо.
Резко резанула стеклом лохмотья на иссохшем плече. Ветхая ткань вмиг рассыпалась в труху, обнажая маленький шрам. Немного изменённый, но узнаваемый.
— Кай… — поняла я, выпуская из ладони острый осколок.
— Полина… — прозвучал теперь его голос, а всё вокруг стало прежним.
Больше не было ни железных стен, ни клеток, только заброшенная сырая библиотека с разбитыми дверями читального зала. Мы снова находились здесь одни. Мой принц держал меня за плечи, не решаясь отпустить.
— Я вижу тебя, — сообщила я. — Теперь вижу.
Долго не думая, Кай крепко меня обнял, отчего стало трудно дышать, но в то же время намного легче. Я ответила на объятия, обхватив обеими руками его горячую шею и уткнулась носом в плечо с разрезанным рукавом футболки. А ведь я поверила и почти сдалась…