На диване перед телевизором повисла тишина. Спустя пару минут Саша резко подскочила, сбросив с колен подушку, которую непроизвольно сжимала в ожидании решения трона.
- Да ну ко всем чертям! - выдохнула она с настоящей яростью и пошла на кухню, принявшись усиленно шуршать и грохотать там. Мужчины, оставшись вдвоем, переглянулись.
- Я выиграл, - нехотя протянул Глекко.
- Да, все честно, - покорно кивнул Алекс. - Но Саша, по сути, тоже выиграла. Так что половину все-таки возвращай…
- Хах, - коротко и сухо рассмеялся полугоблин, доставая и протягивая выигрыш женщины.
- Что с ним будет теперь? - почти беззвучно спросил мужчина. - Неужели действительно отберут все… его ум? И оставят только… растерянного, обезумевшего от ужаса тролля, которого все ненавидят?
- В смысле “что будет”? Они уже все сделали - не видел, что ли? - раздраженно нахмурился Глекко. - Вынули все знания, как косточку из вишни. Теперь передадут какому-нибудь подконтрольному ученому, чтобы снимать с его гения сливки.
- Бедный малый… - безнадежно пробормотал Алекс. Он бессознательно погладил себя по седеющим волосам, ища хоть какое-то утешение. - Нам всегда говорили, что глупость - не порок…
- Глупость - самый страшный порок! - врезалась в разговор Саша, возвращаясь в комнату с бутылкой воды. - И мы прямо сейчас крайне глупые соучастники, пока смотрим это шоу! Да это и шоу-то назвать нельзя! Разве сами не видите? Это замаскированная под развлечение казнь! Что этот, что предыдущий выпуск!
- Да там и маскировки особой нет. Раньше было не так, - внезапно тихо, покачал головой полугоблин, и его острые уши грустно качнулись. - Я еще помню, что когда-то там действительно помогали… и давали не только наказания.
- Я знаю, Глек! - вспыхнула женщина. - Я достаточно стара, чтобы это помнить! Именно поэтому совершенно не понимаю, зачем мы это смотрим?
- Никки его любил… когда был маленьким, помнишь? - еле слышно напомнил Алекс, и глаза его внезапно подозрительно блеснули от влаги.
- Помню, - смягчившись, Саша тяжело опустилась рядом с мужем и неуклюже, но крепко обняла его за плечи. - Но это не значит, что мы должны потреблять этот фарс.
- А я там вообще-то работаю! - сварливо напомнил полуэльф.
- Тебя никто силой не заставляет! - парировала в том же тоне женщина.
- Что ты понимаешь? Там почти никто не хочет работать, несмотря на все деньги и славу! Ты видела, сколько там ходячих мертвецов? - Глекко сорвался на крик, но тут же осекся, резко встав и буквально выбежал за дверь, не попрощавшись.
Супруги молча смотрели ему вслед, медленно переваривая оброненную как амбарный замок информацию. А на экране в это время наигрывала задорная песенка, зазывающая купить новые кристаллы СКС.
3
На экране - просторный зал, залитый радостными солнечными лучами. Светлые, слегка отливающие позолотой стены, тонкая пыль, выглядящая как парящая драгоценность, плавает в воздухе, создавая эффект боке. В центре, у балетного станка, нежная, хрупкая эльфийка с идеально вытянутыми, сильными ногами, в невесомой розовой пачке выполняет сложный, но идеальный арабеск. Она замирает в нем, словно время остановилось только для нее одной.
За кадром звучит ее напевный голос. Переводчик немного отстает, и зрители слышат витиеватый эльфийский язык в ее исполнении:
- Эльфы любят танцевать. Но наши танцы - это радость жизни. Это обряды, связанные с лесом. Это магия, которую нельзя приручить, ею можно только жить. Как все мы и делаем. Но однажды, я увидела, как танцует балет человеческая девушка. Это было непередаваемо. Она подчинила себе танец, и он говорил за нее. Я слышала слова, что говорили ее движения у себя в голове. И именно тогда, хоть я была уже не так молода, я поняла, что просто обязана научиться этому способу беседовать с миром.
Сцена изменилась. Довольно жесткого вида женщина с палкой- указкой выставляет эльфийке руки и ноги в правильную позицию. Тело ее послушно, но так и норовит перейти в мягкий, текучий танец эльфов. Лицо девушки сосредоточено, серьезно. В какой-то момент она даже сердита. То ли на себя, то ли на требовательного балетмейстера.
- Я сбежала от деревьев и сородичей к лакированным палкам и тем, кто считал меня неспособной к балету. Но каждое падение учило меня вставать. Каждое движение - дышать. И однажды… Я услышала не насмешки и ругань, а овации.
Следующий кадр - огромная театральная сцена. Сотни глаз прикованы к тонкой фигурке. Под тревожную музыку она делает несколько четких красивых прыжков и кружится, пока у зрителей не начинает рябить в глазах. Мелодия сменяется на торжественную и одним фантастическим прыжком эльфийка перемещается под открытое небо, где продолжает танец под светом звезд и светлячков, кружащихся вокруг нее, как волшебные фонарики.