— Он только что коснулся моих ног. Но он коснулся и себя в процессе. И это… Я не соглашалась на это. Я не могла видеть, что он делал. Было темно. Но я знала, что это неправильно, и я знала, что у нас обоих будут проблемы из-за этого, если люди узнают.
— И что?
— Он кончил, я думаю. — Я закрыла лицо руками, качая головой. — Я ушла в ванную, вернулась через несколько минут. Меня тошнило от стыда и беспокойства. Я сказала ему, что собираюсь рассказать своим родителям. Он сказал:
— Ты согласилась на это. Все, что они будут думать, это то, что ты шлюха вдобавок к тому, что ты глупая.
— Я поверила ему. В этот момент я поняла, что мои родители оправдываются за меня. И на самом деле, я не собиралась часто видеться с Крейгом. Я все надеялась, что они с Герой расстанутся и мне больше не придется с ним иметь дело. Но все пошло не так.
— И твои родители никогда не подозревали?
— Мои отношения с родителями… сложные. Мы все усердно работали над тем, чтобы притворяться, что все в порядке.
— Вы все делаете дерьмовую работу. Как насчет других случаев? — спросил Рэнсом.
Я потерла правую бровь.
— Затем это случилось во время семейного отдыха в Кабо — Крейг сильно напился и постучал в дверь моего номера, чтобы извиниться. Сказал, что это его гложет. Когда я попыталась толкнуть дверь, он ворвался и повторил все заново.
Я слышала, как Рэнсом тяжело вздохнул, но не осмелилась взглянуть на него.
— Ага. — Я вздохнула. — Тогда, однако, мне удалось ударить его коленом по яйцам. Так что это принесло мне несколько лет тишины и покоя.
— Третий раз? — он спросил.
— Два года назад. День Благодарения.
— И ты никогда никому не говорила? — В его голосе не было осуждения.
Я сглотнула кислую слюну, скопившуюся у меня во рту.
— Чем больше времени проходило, тем больше становился секрет, и раскрывать его после стольких лет казалось… странным. Как будто меня подозревали. Почему я не пришла к ним после первого раза? Ты всегда видишь это в комментариях в Интернете, когда кто-то рассказывает свою историю насилия. Например, когда Гера и Крейг обручились, таблоиды утверждали, что я очень ей завидую. Это было бы идеальное время, чтобы признаться… если бы не ужасный мотив, который пресса раскритиковала бы за такой ход.
— Спорим, на мой член, Крейг, сам подсказал, что ты ревнуешь, — сказал Рэнсом.
Я почесала щеку.
— Вероятно. Он любит внимание СМИ.
Он провел рукой по волосам.
— Когда я впервые увидел тебя… то подумал…
— Ага. — Я быстро встала, собирая сумочку. — Я думала, ты пришел за мной. Я была готова убить тебя, если ты попытаешься что-то сделать. То, что случилось с Крейгом… это действительно меня вывело из себя.
— Кто-нибудь когда-нибудь подозревал? Друг? Учитель? Парень?
— Никто. — Я сморщила нос. — Все мои друзья из Лос-Анджелеса, даже Келлер, просто поверхностны. Это казалось неправильным. И я не доверяла никому другому. Что касается бойфрендов… — я глубоко вздохнула. — У меня никогда не было ни одного.
— Чего никогда не было?
— Парня.
Рэнсом одарил меня взглядом «Что за бред».
Я пожала плечами, несчастно улыбаясь.
— Но ты не девственница.— Рэнсом нахмурился, его щеки порозовели. — Я знаю это. Я…
— Не анатомически, нет. Гордый владелец моей V-карты - это мой перезаряжаемый JoyStick. У меня нет никакого сексуального опыта, кроме самоудовлетворения. — Слова вырывались из меня, каждое признание вытекало одно за другим. Мне было приятно выговориться, даже если человек, которому я признавалась, был моим врагом.
— Впервые я почувствовала что-то похожее на сексуальное влечение к кому-либо в ту ночь, когда я поймала тебя в том грязном лос-анджелесском переулке… — Я взмахнула сумочкой в воздухе, посмеиваясь. — Ну, в любом случае, это была ошибка. Но все в порядке. Я никогда не нуждалась в отношениях, чтобы быть удовлетворенной сексуально. Я могу позаботиться о себе.
Он открыл рот, собираясь что-то сказать, но мне было невыносимо слушать, что это может быть.
— Эй, как ты думаешь, безопасно ли уходить? — Я оглядела нас. — Запах начинает донимать меня.
— Хэлли… — Рэнсом замолчал, выглядя несчастным и испытывающим отвращение к тому, что я ему только что сказала. Может быть, немного и к самому себе, за его отношение ко мне. Я не могла этого вынести. Жалость.
— Пожалуйста, не будь болваном. — Я закатила глаза. — Мы можем выбраться отсюда или как?
Он кивнул, вальсируя, чтобы открыть мне дверь.
ГЛАВА 15
Рэнсом