«Иди сюда, ” — подозвал меня дух, сам уже что-то высматривая на камне. Подойдя ближе, я получила новую порцию указаний.
«Теперь положи обе руки на камень и открой разум. Чтобы ни происходило, руки не убирай, ” — произнес он с настойчивостью.
— Ты обещал всё рассказать, — напомнила я, чувствуя, как внутри меня нарастает тревога. Похоже я сама себя загнала в ловушку. Обратно самостоятельно не выбраться. Придется, либо идти до конца, либо… Становиться вторым блуждающим призраком и пугать местных жителей.
«Да, помню я. Но сначала сделай дело, ради чего мы несколько часов собирали паутину по коридорам, ” — ответил дух.
— Ты-то как раз просачивался сквозь неё, это я в ней путалась, — заметила я, пытаясь немного разрядить атмосферу.
«Не придирайся к старику. Давай, клади руки, ” — снова повторил он, и я почувствовала, как его терпение иссякает.
— Мне ничего не грозит? — сделала я последний заброс, чтобы получить чуточку больше информации… Но нет. Как и до этого, меня ждала неудача.
«Если бы грозило что-то, тебя бы здесь не было. Поверь, магия сама выбрала подходящую душу и притянула. Я лишь просто подал импульс», — уверил меня дух, и его голос звучал так, будто он действительно знал, о чем говорит.
— Ну, хуже быть вроде не должно, чем-то, что уже было. Была не была, — произнесла я, собирая все свои силы.
Я медленно приблизилась к каменному валуну, все еще боясь и переживая, нафантазировав множество страшилок. Сердце громко билось в груди, и капелька пота скатилась по виску. Сама не знаю, с чего такой мандраж. Стоило мне прижать обе ладони к теплому постаменту, как мир замер и одновременно понесся вскачь. В воздухе повисла густая тишина, и вдруг пространство вокруг меня затрепетало, а пол под моими ногами содрогнулся. Я почувствовала, как из недр земли поднимается нечто древнее и могущественное, готовое пробудиться. Страх достиг своего пика, и уже собираясь отдернуть руки, как мои глаза заволокло белой пеленой.
А потом я увидела свое прошлое. Как ленту кинофильма, кто-то просматривал мою жизнь. Моменты пролистывались один за другим, некоторые задерживались, заставляя меня вновь переживать те ощущения. Слезы полились по моим щекам, когда я увидела лицо отца. Его добрый взгляд, его улыбку, моменты, когда он поддерживал меня в трудные времена.
Я вспомнила, как он обнимал меня, когда я была маленькой, и как его голос звучал, когда он говорил, что всегда будет рядом. Эти воспоминания наполнили меня теплом и одновременно горечью утраты.
«Вот он готовит кухню к моему самому первому дню рождения, развешивает шары и гирлянды. А я сижу в манеже и пускаю пузыри. Папа смотрит на меня и улыбается.»
«Вот мы с папой поливаем газон, а потом начинаем играть, брызгая друг друга. Его смех наполняет воздух, и я чувствую, как счастье разливается по всему телу.»
«Вот мы ругаемся, я обиделась на него, и честно, уже и не помню саму причину. Но в конце концов мы миримся, и он говорит, что любит меня, несмотря ни на что.»
«Выпускной, где он гордо стоит рядом со мной, и нас фотографируют. Я в белом платье, а он в строгом костюме. Который он так не хотел надевать, но выглядел в нем просто потрясающе. Его горящие гордостью глаза. Этот момент навсегда запечатлен в моей памяти.»
С каждым новым кадром я чувствовала, как слезы все сильнее льются по щекам — слезы горя, радости и печали, ностальгии и любви. Я хотела, чтобы он был здесь, рядом, чтобы снова почувствовать его поддержку и любовь.
«Вот он читает мне сказку на ночь, его голос тихий и успокаивающий. Я засыпаю, зная, что он всегда рядом.»
— Хватит, прошу. Не надо! Я безумно по нему скучаю. Я виновата, знаю! — закричала я из всех сил, в сердце разрываясь от боли.
Эти воспоминания, такие яркие и трогательные, словно обжигают, напоминая о том, как сильно я его любила и как много он значил для меня.
Картинки резко прекратились, и на их место пришли другие. Мои взлеты и падения на тренировках, радостные моменты с друзьями, мотоцикл и авария, годы, проведенные в больнице, последняя встреча с отцом…
Я упала на колени, не в силах вынести душевной боли. Внутри меня разрывалось что-то, и я проклинала себя за его смерть. Винила себя за то, что не была идеальной дочерью, что не успела сказать ему все, что хотела. Слезы больше не просто катились по щекам; я ревела навзрыд, погружаясь в бездну горечи и утраты.
Каждая слеза была как напоминание о том, как много он значил для меня, как его поддержка и любовь были моим светом в темные времена. Я знала, что он бы хотел, чтобы я была сильной, но в этот момент мне было так трудно.