— Как-то так. Но вот насчёт этого места я не уверен, три там чёрточки, или только две.
Алан снова хмыкнул, нахмурился, потом отобрал у Шоуки нож, и начал там же выскребать ещё какие-то знаки. И цифры.
Долго выводил, хмурясь и ворча себе под нос что-то про чёртовы учебники, которых нет под рукой. Шоуки топтался рядышком, следя за передвижениями остальных. Его учитель отошёл довольно далеко, но всё ещё в пределах “видимости” — площадь охвата даром у того была куда больше. А уж с трюком, который обнаружил Шоуки, по прямой, узкой линии Тамай просматривал всё на такое расстояние, что голова кругом шла. У Шоуки тоже был прогресс, особенно после поглощения ещё трёх жемчужин, но всё же…
Завидно иногда было. Контролировать происходящее вокруг на таком расстоянии… Главное, не забывать, что это умение работает только на металл.
Пока Алан ворчал и возился с расчётами, Амарими вдруг отделился от Тамая и почесал обратно. Шоуки прищурился.
— К нам, кажется, вестник, пойду встречу.
Алан что-то буркнул только. Но его оставили одного ненадолго — Шоуки прошёл мимо развалин нескольких домов, взбежал на груду камня, бывшую когда-то стеной дома и помахал рукой, привлекая внимание младшего принца. Тот быстро его заметил, и подбежал.
— Там Тамай почуял “горошины”, - сообщил он. — Люди господина Инари проверили — там за поселением старая шахта, полная скелетов.
Парень поёжился. Шоуки кивнул задумчиво.
— Ожидаемо, на самом-то деле. К людям они относятся как к расходному материалу.
Вернулись к Алану. Тот с грустным видом сидел над своими расчётами и сверлил выцарапанные в земле цифры взглядом. Выглядело… не очень обнадёживающе.
— И что там? — спросил он, наконец подняв взгляд от исчерченной земли.
— Нашли место где… они избавлялись от отработанного материала. Только кости и остались. Ну, немного обрывков одежды и три оплавленных “горошины” ещё. — доложился Амарими. — Ау вас как?
— Так себе. С конкретными чарами я определился, и даже знаю как этот тип защиты сковыривать… В теории. Никак не удаётся рассчитать необходимую силу воздействия, а без этого может шарахнуть. Отводы ставить неохота — муторно и долго, и материалов подходящих нет.
Алан пошуровал ножом по и так нечётким записям, полностью их уничтожая.
— А сильно шибанёт? — уточнил Амарими. — Если отойти подальше, или барьер поставить на печатях?
— Не в этом дело, — покачал головой будущий Император. — Нам ничего не навредит, я это гарантирую, но всплеск эфира при разрушении чар может повредить тайник, а то и вовсе активировать какую-нибудь ловушку. Оперативники из Перекрёстка сталкивались с таким пару раз. Вскрываешь запечатанную комнату, и внутри всё заходится пламенем, уничтожая улики.
— Всего пару раз? — хмыкнул младший принц. — Ну, если у вас подобное встречается столь редко, шансов, что тут припрятана подобная пакость вообще нет.
— Есть, — возразил северянин. — Мизерный, но есть. Рискнуть придётся в любом случае, у нас просто нет другого выбора.
— И другого мага, — кивнул Шоуки. — Авот это довольно досадно.
— Угу. Увы, маги у нас не приживаются. Голодно им! — развёл руками Амарими.
— Вот кстати, встолице же есть проклятие. Вокруг дворца и в нём самом. Слабое, конечно, но в северных землях в подобных местах вполне себе живут люди, — заметил Шоуки, наблюдая как учитель и остальные кариты возвращаются потихоньку. Покинутое поселение было не настолько большим, чтобы долго его обшаривать в поисках чего-то подозрительного.
— Во дворце оно хитрым образом завязано на так называемый Сторожевой Камень, — Алан поднялся и вернул нож Шоуки. — Хотел бы я покопаться в этой конструкции, но боюсь, что поломаю, а она — что-то уникальное и невероятное. Посторонних магов эфир там слушаться просто не будет. И в одном из шешоу есть упоминание, что, воспользовавшись ключом, можно повесить на мага метку, которая позволит ему использовать магию столицы. Но что за ключ, я так и не сообразил. Там сложно написано всё. Может, не так прочитал.
— О, покажешь? — оживился Амарими. — Помогу разобраться, что к чему, да и вообще, я слышал пару легенд о твоих уважаемых Предках…
— Остальные вот-вот подойдут. Завязывайте с этими разговорами, — обломал младшего принца Шоуки.
Тому пришлось со вздохом притихнуть. А там отряд собрался обсудить находки и дальнейшие действия. Потайной подвал решено было вскрывать, и Алан занялся своими чарами. Пара жестов, полминуты напряжённого молчания, и действительно шибануло. Волна воздуха подняла пыль и зашелестела листьями росшего в развалинах деревца, взметнулась вверх опавшая листва и прочий растительный мусор. Но вроде обошлось — ничто не полыхнуло и не обвалилось. Алан прислушался к чему-то и подал знак, что всё в порядке. Тамай молча кивнул, и первым вошёл в сохранившийся дверной проём каменного короба. Прочие старшие кариты последовали за ним, оттеснив нетерпеливо переминающуюся молодёжь.
Увы, когда они наконец добрались до спуска вниз, то были разочарованы — это место покидали вовсе не в спешке, старательно собирая всё ценное и оставив после себя совсем уж мусор да самое громоздкое и простое оборудование. В основном железяки для поддержки сложных стеклянных сосудов. Даже мусор был аккуратно сметён в угол — немного осколков тонкостенного стеклянного сосуда, клочья соломы, кривые гвозди, немного опилок…
Подвал был довольно просторен да разделён на “жилую часть” с печуркой и лабораторию. Похоже, пленников содержали где-то ещё. Алан высказал предположение, что кукол из людей делали не здесь — не было никаких признаков проведения ритуалов в этом месте, здесь просто жили и готовили материалы для опытов. Люди господина Инари согласились с этой теорией. Покинутое поселение было решено обшарить ещё раз.
А Тамай подхватил одну из железных подставок, и провёл рукой над её ножкой. В затхлом воздухе подвала пополз запах кузни — металл под его рукой начал раскаляться и оплывать.
— Паршивое качество. Очень грубая работа. И железо не из наших шахт, — сосредоточенно произнёс он.
Шоуки наблюдал с восхищением — этот навык считался очень сложным, не боевым, но он был именно тем, из-за чего одарённых кузнецов так ценили и не обижали. Хотя бы потому, что попробуй, обидь человека, который своим даром в мгновение ока может расплавить твой клинок. Используя эту технику день за днём, год за годом, кузнецы оттачивали её до уровня немыслимого. Самые именитые кузницы, говорят, и вовсе обходятся без горнов, работая с металлом исключительно Даром.
Врут наверное. Ну или ёмкость духовных сосудов у этих кузнецов как у трёх нормальных каритов.
— Привезли с севера, вероятно? — заинтересованно прищурился Алан.
Ну, какая-никакая зацепка. Железяки осмотрели ещё раз, не найдя клейма мастера, что в целом тоже было характерно для северных земель. Старшие кариты между собой начали обсуждать возможные пути доставки этих предметов сюда, и Шоуки прислушался невольно — кариты, приближённые к господину Инари и пользующиеся его доверием были в целом личностями хваткими, сообразительными и часто с весьма специфическим опытом, который по возможности следовало перенимать. И не разочаровался, услышав краткий экскурс в историю и нынешнее состояние алхимии на южном континенте.
Обшаривали этот подвал и покинутое поселение в целом до наступления сумерек, когда следовало уже возвращаться в лагерь. Никому не хотелось ночевать на проклятой земле, особенно Таики, которому снова начало стремительно плохеть.
Однако ж, на полпути к месту стоянки, прямо в лицо младшему принцу спикировала бумажная птичка — он едва успел перехватить навязчивое послание. Развернул торопливо и озадаченно уставился на коротенький шифр, всего из нескольких знаков.
— Что там? — спросил Алан заинтересованно.
— Нам веленовозвращаться. Срочно.
Глава 7
Никаких подробностей странное послание не содержало. Бумагу даже проверили на невидимые чернила, сперва подогрев, потом намочив, а в процессе ещё и духовной силой обработав. Но нет, кроме приказа к немедленному возвращению она ничего не содержала.