Спустя некоторое время тёмный зал Нефритового Дворца стал ареной жуткой резни. Десятки изуродованных тел устилали пол, на нём скопилось озеро крови, холодно поблёскивавшее в свете грубых факелов.
Малышка Ки стояла в центре этого багрового озера и тяжело дышала. Она сама была пропитана кровью с ног до головы — часть этой крови была её собственной, но большинство — нет.
И всё же…
Выражение её лица оставалось спокойным и безразличным, как будто в том, что она сделала, не было ничего особенного.
Как будто то, что она сделала, было вполне естественно.
Орум почувствовал, что его сердце сжимается и наполняется ужасом, но не из-за резни, а из-за отсутствия шока, травмы и угрызений совести.
Вот какими они были…
Дети новой эры.
Рождённые в мире Заклятия Кошмара.
Глубоко нахмурившись, Орум наконец пошевелился и медленно пошёл к малышке Ки… к Ки Сонг.
Когда он приблизился, она посмотрела на него и улыбнулась.
«Дядя Ори… я закончила. Дальше мы можем отправиться к Шлюзу».
Она, казалось, даже не заметила, как он встревожен, да и не предполагала, что это так.
Орум молча изучал истекающие кровью трупы.
В конце концов он повернулся к ней лицом и слегка дрожащим голосом спросил:
«Как… как… ты думаешь, этого хотела бы твоя мать?»
Девушка странно посмотрела на него.
Она слегка нахмурилась, как будто её снова смутил его вопрос.
Затем она покачала головой.
«Нет, конечно, нет. Моя мать была очень добрым человеком».
Прежде чем он успел что-либо сказать, Ки Сонг вздохнула и со странной смесью печали, тоски и обиды в голосе добавила:
«Поэтому она мертва».
Она посмотрела на убитых ею людей, пнула один из трупов и со спокойным безразличием взглянула на Орума.
«Всё так, как ты нас учил, дядя Ори. Мир безжалостен, и Заклятие не проявит к нам милосердия. В этом мире нет места доброте».
Он слегка вздрогнул, услышав, как его собственные слова вылетают из её окровавленных уст, произнесённые так легко и с такой уверенностью. Как будто это была банальная истина.
«Я не это… не это имел в виду…»
Но вместо того, чтобы сказать это, Орум поморщился и на мгновение прикрыл лицо ладонью. В конце концов он вздохнул.
«Ты всё равно совершила ошибку, Ки Сонг. Заслуживали они смерти или нет, они всё равно были тебе нужны. Один человек не может защитить Цитадель… ты должна была казнить лидеров и подчинить остальных. Тебе нужны воины, которые будут служить тебе! Иначе первый рой Кошмарных Существ превратит Нефритовый Дворец в своё гнездо».
Девушка огляделась по сторонам, а затем лучезарно улыбнулась.
«Насчёт этого… в последнее время я думала о своём Аспекте, дядя Ори. Эти глиняные марионетки, которых мы сделали… мне кажется, они были неправильным решением с самого начала».
Орум нахмурился, не понимая, что она имеет в виду.
…Он оставался в замешательстве до того момента, пока первый из трупов вдруг не зашевелился и не встал на ноги.
Ки Сонг потёрла подбородок, а затем удовлетворённо кивнула.
«Да. Так гораздо лучше».
Глава 1942
Мастер Орум
Последнее Воспоминание Мастера Орума, которое Кэсси показала Санни, произошло несколько лет спустя. К тому времени Нефритовый Дворец — теперь он назывался Рэйвенхарт — уже стал процветающей Цитаделью, привлекавшей тысячи людей из восточных районов Царства Снов.
Сама Ки Сонг стала знаменитой Пробуждённой, её слава уступала лишь славе трёх ярких звёзд её поколения — Улыбки Небес, Сломанного Меча и Анвила из Валора. Её влияние и авторитет распространялись вплоть до устья Реки Слёз, где всё ещё обитал Испорченный Ужас, перекрывавший удобный доступ к Штормовому Морю.
Выдающиеся семьи Первого Поколения уже называли Кланами Наследия. Валор, Бессмертное Пламя и недавно созданный Дом Ночи находились на пике своего могущества и были известны как лучшие среди равных. Их ещё никто не называл Великими Кланами, но идея о том, что некоторые выдающиеся семьи стоят выше остальных, уже была очевидна.
Клан Сонг был сравнительно небольшим и непритязательным по сравнению с этими титанами.
Однако с годами отношения Орума с Ки Сонг стали далёкими. После того как он помог ей обосноваться в недавно захваченном Нефритовом Дворце, он отправился в долгий путь домой, где его ждала собственная Цитадель. Время от времени они всё ещё виделись в мире бодрствования, но не слишком часто.
Отчасти потому, что оба были ужасно заняты своими делами, а отчасти потому, что Орум больше не чувствовал себя рядом с малышкой Ки совершенно комфортно. Этот странный дискомфорт заставлял его испытывать одновременно стыд и противоречие, но он ничего не мог поделать со своими чувствами.