Рана, нанесённая ему чёрной стрелой, никак не хотела заживать. Обычно Святой мог довольно быстро оправиться от несмертельной раны, но эта оказалась необычайно упрямой. Хотя хуже не становилось, улучшений не было.
Что было настоящим позором, ведь с помощью дополнительного аватара Санни смог бы плести гораздо быстрее.
«Что случилось?»
Голос Неф был полон тревоги.
Санни, терпя боль, посмотрел на неё с бледным лицом и слабо улыбнулся.
«Ну… как бы это сказать… я посетил Царство Теней и был ранен стрелой в сердце?»
Её глаза расширились.
Нефис на секунду застыла на месте, а затем оттолкнула виноградину.
«И ты говоришь мне об этом только сейчас⁈»
Санни закашлялся — на этот раз оттого, что захлебнулся кровью, а не от смущения, — и одарил её извиняющейся улыбкой.
«Я просто… не хотел… причинять тебе боль…»
Глава 1966
Хрупкие цветки
Санни снова ощутил нежное прикосновение Неф, и приятное тепло окутало его тело, смывая всю боль.
Облегчение было ощутимым и бодрящим, на короткое мгновение ошеломив его.
Конечно, его омрачало осознание того, что боль, от которой он освободился, как минимум равна, а скорее всего, намного уступает боли, которую Нефис терпела ради него в ответ.
Когда мягкое сияние, окутывающее её руки, померкло и погасло, она поддержала аватара и посмотрела на Мастера Санлесса, который всё ещё сидел за столом.
На мгновение выражение её лица странно потемнело, а затем стало суровым.
«…Больше никаких глупостей».
Санни в замешательстве поднял бровь.
«Что ты имеешь в виду?»
Нефис с секунду молчала, а затем глубоко вздохнула и отпустила аватара.
Похлопав его по плечу, она поднялась с пола и подошла к своему стулу.
«Вся эта ерунда насчёт избавления меня от боли».
Нефис взяла бокал, наполненный ароматным вином, глубоко отпила из него, а затем осторожно поставила на место.
«Если бы я была ранена и страдала прямо перед тобой, и у тебя была бы возможность прекратить мои страдания, ты бы не решился помочь мне из-за нескольких мимолётных мгновений агонии?»
Санни покачал головой.
«Нет. То есть… видеть, как страдает кто-то, кто мне дорог, было бы в любом случае крайне мучительно».
Нефис медленно кивнула.
«Именно. Поэтому никогда не стесняйся просить меня о помощи… если хочешь».
Некоторое время Санни молчал. Затем он отозвал аватара и озорно улыбнулся.
«…Это ваш окольный путь сказать, что я вам небезразличен, леди Нефис?»
Она насмешливо хмыкнула.
«Серьёзно… почему меня всегда окружают только такие люди?»
Нефис вздохнула и смиренно покачала головой.
«И ты, и Кэсси. У неё есть эта раздражающая привычка держать всё в себе, страдать молча и относиться ко мне как к какому-то хрупкому цветку. Я наблюдала за тем, как она на целых четыре года замкнулась в себе, никогда не признаваясь в том, что было не так…»
Глаза Санни заблестели.
Он понимал, что Кэсси могла прекрасно слышать этот разговор, но не мог устоять перед соблазном поделиться своими обидами с товарищем, ставшим жертвой коварства слепой провидицы.
«Правда? Она такая скрытная! Кто в здравом уме будет держать столько всего в себе? Да ещё и годами! К тому же важную информацию!»
Конечно, он знал, что Кэсси, скорее всего, замкнулась в себе в последние четыре года только потому, что просто не могла заставить Нефис — да и вообще кого-либо, кроме самого Санни, — вспомнить то, что она должна была сказать.
И он знал, что привычка Кэсси держать секреты при себе была вызвана травмой от того, что её видения самым ужасным образом становились самоисполняющимися пророчествами — в конце концов, Санни был лично ответственен за то, что эта травма закрепилась в её сердце.
Но всё же. Разве есть кто-то, кто мог бы упустить возможность пожаловаться на друга тому, кто понимает всё так же хорошо?
Глаза Неф заблестели от восторга.
«Точно! Она даже не сказала мне, что ты — Повелитель Теней! Как подло!»
Санни открыл было рот, чтобы согласиться, но тут же закрыл его и закашлялся.
«Ну, это… это, на самом деле, я виноват…»
Нефис посмотрела на него с потрясённым выражением лица, но не смогла долго его сохранять и рассмеялась.
«О, я знаю».
Затем она опустила голову и бросила на него любопытный взгляд.
Казалось, она хотела что-то спросить, но в итоге не спросила.
Только тогда Санни понял, что проговорился больше, чем хотел. Из его слов следовало, что он знает Кэсси уже очень и очень давно.