«Подожди. Если ты действительно Святой, который правит Цитаделью… и мой брат… тогда…»
Выражение её лица стало немного странным.
«…Разве это не делает меня настоящим Наследием? Я — Наследие?»
Санни несколько мгновений молча смотрел на неё. Это был интересный вопрос.
Он был одним из шести самых могущественных людей в мире, действительно завоевал Цитадель своими собственными руками и даже разблокировал своё Аспектное Наследие. Более того, Рейн была прямым бенефициаром этого Наследия, поскольку носила Метку Теней.
На самом деле не существовало чёткого определения, что такое Клан Наследия. Большинство из них было основано выдающимися Пробуждёнными Первого Поколения — теми могущественными и удачливыми, кто выжил и процветал в ужасном мире Заклятия Кошмара. Управление Цитаделью и наличие Реликвии Наследия были стандартными чертами, общими для многих кланов, но не для всех.
В действительности, в последние годы иерархия Пробуждённой знати пошатнулась. После Цепи Кошмаров появилось так много новых Мастеров и Святых, что некоторые старые семьи вдруг обнаружили, что уступают безымянным новичкам.
Старые кланы теряли власть, а новые создавались. К примеру, клан Хань Ли, потерявший своего самого перспективного отпрыска и так и не сумевший произвести на свет Святого, хотя и не был полностью забыт, но определённо пришёл в упадок, утратив всякое влияние.
Забавно было думать, что Санни когда-то боялся их мести.
Он усмехнулся.
«Девочка… если ты не соответствуешь требованиям Наследия, то никто в мире не может утверждать, что является им».
Рейн несколько раз моргнула, а затем внезапно улыбнулась.
«Так, так, так… кто бы мог подумать? Оказывается, я такая же принцесса, как и Тамар. Ха! Это совершенно новая перспектива… интересно, как мне сообщить ей эту новость?»
Она несколько мгновений молчала.
«Подожди, так как же мне себя называть? Рейн из клана Теней? То есть… Рани из клана Теней? Звучит довольно круто…»
Санни не ответил сразу, так как и сам был в замешательстве.
А как же он сам? Должен ли он был называть себя Санни из клана Теней? Санлесс из клана Теней? Нет, это не звучало даже отдалённо правильно.
Но ведь и дед Неф не называл себя Бессмертным Пламенем из клана Бессмертного Пламени…
Он был просто Бессмертным Пламенем.
Так что Санни не нужно было называть себя никак.
«Ты можешь называть себя как угодно. Однако помни, что если кто-то узнает о наших отношениях, королевский клан наверняка схватит и казнит тебя как шпиона. Ведь Повелитель Теней — чемпион Домена Мечей».
Улыбка Рейн немного померкла.
«Верно. Пожалуй, я продолжу отыгрывать роль простолюдинки, а Тамар пусть будет принцессой… ещё какое-то время. Но потом!»
Она рассмеялась.
«Я заставлю её называть меня юной леди Рани целую неделю подряд!»
После этого Рейн бросила на Санни любопытный взгляд, несколько мгновений колебалась и сказала уже более сдержанным тоном:
«Если это ты сражался с Принцессой Ревел на Исчезающем Озере, то, должно быть, ты скрестил мечи и с отцом Тамар».
Её слова повисли в тишине, отчего во дворе Безымянного Храма стало немного мрачно.
Санни знал, что именно оставила недосказанным Рейн. Он мог стать убийцей отца её подруги… и что сражаться по разные стороны кровавой войны не так уж и несущественно, как Санни пытался это выставить.
Он пожал плечами.
«Цитадель была очень большой. Я видел его только издалека».
Затем он посмотрел на неё и добавил:
«Не в твоей власти думать о таких вещах, Рейн. Ты всего лишь Пробуждённая… в грандиозной схеме войны твои убеждения и действия незначительны. Не то чтобы они не имели ценности. В любом случае, ты не должна чувствовать себя обременённой тем, что происходит с миром. Всё, что ты можешь сделать, — это следовать своим принципам и делать всё, что в твоих силах».
Санни повернулся к дереву, помолчал, а затем добавил с ноткой холодности в голосе:
«Такие, как я, разберутся с остальным».
Рейн некоторое время изучала его, а затем нейтрально спросила:
«Потому что твои убеждения и поступки значимы, в отличие от моих?»
Санни мрачно улыбнулся и покачал головой.
«Единственная разница между тобой и мной… в том, что я достаточно силён, чтобы навязать свои убеждения другим и изменить мир своими действиями. Сила — единственная добродетель, которая в конечном итоге имеет значение. А слабость — единственный грех».
Она тихо вздохнула и тоже посмотрела на дерево, прислушиваясь к мирному шелесту его листьев.