Возможно, она стала бы настоящим мечом, если бы продолжала слепо следовать воле отца. Это было бы вполне подходящей Трансцендентной Трансформацией для девушки, которую воспитывали как идеальный инструмент… красивый, смертоносный клинок, которым должен был орудовать кто-то другой.
Однако Морган на самом деле не хотелось быть мечом, как не хотелось и быть управляемой чужой рукой.
Такая участь казалась ей довольно жалкой.
Поэтому её Трансцендентная Трансформация оказалась чем-то другим.
Конечно, она всё ещё могла превратиться в меч — если бы захотела.
Но это было далеко не единственное, чем она могла стать.
Подобрав брошенный меч, Морган молча впитала его в своё тело и улыбнулась.
«…Как мило. Я должна была сделать это гораздо раньше».
Мгновение спустя её фигура завибрировала, превратившись в реку жидкого металла. Она потекла по залитому лунным светом залу, затопив его. От её стремительного течения по мраморному полу пошли трещины, а каменные плиты рассыпались в пыль.
Сметая все брошенные клинки, что лежали без дела под помостом, Морган поднялась по ступеням и поглотила древнюю наковальню.
Наконец река жидкого металла вновь превратилась в человеческую фигуру. Мгновение спустя она вновь обрела цвет, и Морган вернулась к своему изначальному «я».
Взглянув вверх, она увидела сияющие остатки разбитой луны и вздохнула.
«Пора встретить новый день».
Глава 1981
Крушение иллюзий
Не было способа защитить Бастион от Принца Ничего — ни город на берегу Зеркального Озера, ни, разумеется, даже сам замок. Как стратег, Морган умела оценивать силы как противника, так и свои собственные — поэтому она знала, что её сторона слаба. Достижение победы не казалось ей реалистичным результатом.
Вполне вероятно, что её вообще отправили сюда не для того, чтобы добиваться победы. Гораздо более вероятной целью было дать отцу достаточно времени, чтобы победить Ки Сонг.
Поэтому, вернувшись в Бастион из Ривергейта, Морган сделала две вещи.
Во-первых, она захватила Цитадель, чтобы получить над ней контроль.
Во-вторых, она отправилась в огромную подземную комнату, спрятанную глубоко под замком, в самом сердце каменного лабиринта, о существовании которого знали очень немногие, и ещё меньшему числу людей было позволено туда войти.
Там стояло огромное зеркало, возвышающееся над полом на десятки метров.
Его рама состояла из двух огромных каменных колонн, а само оно было полностью закрыто чёрной тканью, не отражающей ничего.
Морган несколько мгновений колебалась, а затем сделала глубокий вдох и стянула ткань вниз.
Она струилась на пол, как чёрный водопад, обнажая тёмную конструкцию древнего зеркала.
Огромная подземная комната утопала во тьме, поэтому можно было ожидать, что в огромном зеркале ничего не отразится. Однако в действительности из него лился бледный лунный свет, освещая бледное лицо Морган.
Внутри зеркала разрушенная версия Бастиона, казалось, дрейфовала в прекрасном ночном небе. Бесчисленные звёзды сияли на поверхности неподвижной воды, которую делали бледной и мрачной осколки разбитой луны. В холодном озере скрывались ужасные существа, а на далёком берегу не было города. Вместо него на месте города стоял древний лес, кишащий страшными чудовищами.
Таков был истинный облик Бастиона.
И, в отличие от иллюзорного, в котором обитали люди из мира бодрствования, это было место, которое Морган могла защитить.
Поэтому, сделав ещё один вдох, она закрыла глаза, сосредоточилась на своей связи с Великой Цитаделью…
И заставила реальность и иллюзию поменяться местами.
Вскоре в тёмном зеркале отразился освещённый солнцем город, раскинувшийся на берегу прекрасного озера, видневшийся со стен огромного и величественного замка. Морган вздохнула, крепко стиснула зубы и, воспользовавшись своей властью над Цитаделью, освободилась от иллюзии.
Мгновение спустя Морган исчезла из подземной комнаты и оказалась в разрушенном зале с высоким помостом и обвалившимся куполом. Здесь не было солнечного света, но жуткая сцена была залита лунным светом.
Мир находился в объятиях зловещей ночи.
Замок превратился в руины, а неподвижное озеро окружал девственный лес.
Вот что теперь находилось в сердце Домена Мечей. Бастион, который знали люди, был надёжно спрятан в тёмном зеркале, а истинное лицо этой земли вновь открылось Царству Снов.
Жители Бастиона были в безопасности… но то же самое нельзя было сказать об остальной части Домена Мечей. Человеческие города зависели друг от друга, и особенно от столицы — места, где стояли Врата Сна до того, как их вызвали в Божью Могилу.