«Твои суждения всегда затуманены, когда речь заходит о тех годах, Шан. Конечно, эта девушка совершила нечто выдающееся на Забытом Берегу — собрала армию верных последователей, убила непобедимого тирана и заняла его трон… а потом большая часть её армии была уничтожена, чтобы выиграть невыигрышную битву. Но то было в прошлом».
По мере того, как та говорила, выражение лица Сейшан неуловимо менялось.
Одинокий Вой этого не заметила, но Повелительница Зверей обратила внимание.
Она улыбнулась.
«Подожди… ты же не думаешь?»
Сейшан на несколько мгновений замялась, а затем медленно покачала головой.
«Нет… разумеется, нет. Конечно, Нефис и Повелитель Теней обладают огромной силой, но даже у них нет шансов против Верховного. И они знают это лучше нас. Пока она не покорит Четвёртый Кошмар, бессмысленно даже думать о предательстве — а Анвил не позволит ей бросить вызов Семени».
Так что думать в этом направлении было глупо.
И всё же…
Сейшан вспомнила золотые доспехи Гунлауга.
И какими непробиваемыми они казались.
Она слегка нахмурила брови и бросила на Повелительницу Зверей сложный взгляд.
Прекрасная чародейка улыбнулась.
«Что? Теперь ты жалеешь, что отговорила меня убить её в Антарктиде?»
Сейшан ответила не сразу.
В конце концов она произнесла:
«Если бы ты это сделала, я бы сейчас была сосудом Меняющего Кожу».
Повелительница Зверей вздохнула.
«Верно. Тогда я выражу ей свою благодарность при следующей нашей встрече…»
Глава 2025
Горький триумф
На другой стороне выжженного и опустошённого поля боя, в лагере Армии Меча, стоял ещё один шатёр. Три человека, находившиеся внутри, должны были быть в гораздо лучшем настроении, чем дочери Королевы, — ведь они были победителями, — но атмосфера была такой же мрачной.
Санни сидел на деревянном сундуке, чувствуя, как его тяготит и душит тяжесть доспехов и холодное прикосновение маски. Ему хотелось отозвать её и почувствовать на своей коже лёгкое прикосновение свежего воздуха…
Или нежное прикосновение Нефис.
Сама Нефис тихо сидела на своей строгой койке, одетая в безупречно белую тунику. Она не выглядела как человек, только что принявший участие в тяжёлой битве, но её взгляд был холодным и отстранённым, лишённым человеческого тепла.
Тем не менее она постаралась улыбнуться ему.
Кэсси сидела на Теневом Стуле, который вызвал для неё Санни. Из них троих ей пришлось хуже всего в битве — Армия Сонг послала к ней всего одного Святого, но сама Кэсси не была создана для жестоких сражений. Она, конечно, выиграла поединок, но не без получения нескольких болезненных ударов.
Или, может быть, она просто специально вытерпела их, не желая раскрывать истинную степень своей смертоносности тем, кто считал её относительно слабой и беспомощной Святой. Даже сейчас Санни не мог сказать наверняка.
Все трое молчали.
Тишина, окружавшая их, была особенной, потому что Кэсси начертила на полу руническое зачарование — сложное заклинание, призванное отвести нежелательное внимание.
Санни вздохнул и превратился в тень. Мгновение спустя он снова стал человеком, но на этот раз вместо Маски Ткача на нём была [Определённо не я].
После непродолжительной тишины он сказал:
«Всё прошло хорошо, не так ли?»
Да. Как и ожидалось, возникло несколько непредвиденных осложнений, но план сработал лучше, чем они могли надеяться. Нефис значительно повысила свой статус, став единственным голосом разума и сострадания в страшном горниле этой жестокой, безумной войны. Она завоевала сердца бесчисленных солдат Армии Меча… и Армии Сонг.
И что ещё лучше, она спасла бесчисленное множество жизней, которые в противном случае были бы потеряны в бессмысленной бойне.
Кроме того, она утвердилась как лидер среди Святых, позволила им увидеть, как безнаказанно нарушается воля Суверенов, и продемонстрировала огромную и потрясающую силу своего чистого пламени…
Последняя часть была особенно важна.
В Кланах Наследия, чьи притязания на благородство основывались на лаврах воинского мастерства, личная доблесть всё ещё имела наибольшее значение — Святые служили живыми воплощениями бесстрашной добродетели, которой должны были обладать представители военной аристократии.
Нефис не только продемонстрировала свою готовность и способность ослушаться Суверенов, но и доказала, что имеет на это право.
…Не только потому, что она сама была сильна, но и потому, что была достаточно способна обеспечить верность того, кто был ничуть не слабее.